Застучали копыта: к ним сверху скакали арабы. Они уже выставили копья, и Том читал на их смуглых лицах торжество. И тут услышал, как Сара окликает его:
— Том! Мы идем!
Он повернулся и увидел, что она скачет на гнедом жеребце, ведя за собой под уздцы двух запасных лошадей. За ней на черной кобыле из их табуна несся Уил Уилсон. Он тоже вел двух запасных лошадей. Сара остановилась рядом с ним, Том выхватил из рук Батулы Ясмини и перекинул ее легкое тело через холку лошади Сары. Сара подхватила девушку с другой стороны и не дала упасть.
— Уходи! — выдохнул Том. — Убирайся отсюда!
Сара молча бросила ему поводья и поскакала вниз с холма; Ясмини, как мокрый мешок, тряслась перед ней.
Том оставил одну лошадь Люку и Батуле, а сам сел на вторую. Он быстро догнал Аболи и снял с его спины окровавленного, побитого Дориана.
— Возьми лошадь у Уила! — крикнул он Аболи, проносясь мимо, и поскакал за Сарой. Он слышал близко за собой крики арабов и стук копыт их лошадей и каждое мгновение ожидал удара копья в спину.
Но он был слишком занят, удерживая Дориана, чтобы оглянуться.
Достигнув ровной поверхности на берегу, Том и Аболи поскакали рядом сразу за Сарой, которая везла Ясмини.
Далее тесной группой двигались Уил, Батула и Люк. А сразу за ними — арабские всадники. Они догоняли, вытягивая длинные копья.
Добравшись до реки, Сара не колебалась. Она погнала лошадь вперед. Та прыгнула с высокого берега, ударилась о воду, подняв тучу брызг, и погрузилась. Том и Аболи, не останавливая галопа, последовали за ней с обрыва, и сразу, почти на них, прыгнули остальные. Вынырнули рядом с лошадьми и поплыли по течению к «Кентавру».
На берегу за ними арабы останавливали лошадей; те упрямились, закидывали головы и мешали всадникам достать джезейлы."
"Прогремела девятифунтовая пушка «Кентавра», и картечь выкосила половину всадников, люди и лошади падали вместе.
Плывущие лошади добрались до корабля, и моряки втащили всадников на борт. Едва поднявшись на палубу, Том бросился к Саре; они обнялись, вода текла с их волос и мокрой одежды.
— В минуту опасности ты стоишь десятерых, моя красавица. — Том оторвался от нее. — Дориан тяжело ранен.