Сова вдруг встрепенулась, кинулась к выбитому окну, отвернула занавеску, а там отвинченная решетка настежь!
– Это как называется?!
– Должно, не склеилось у них, – заключил Куров. – Один сквозь землю провалился, другая в окно улетела, в тундару их…
Благостное настроение у бабки вмиг улетучилось:
– Как женщина женщину Оксанку я понимаю…
– Что ты там понимаешь?
– Да кое-что еще понимаю!
– Ладно, давай перекусим, вздремнем, – предложил дед, завинчивая решетку на окне, – да пойдем наблюдать, чего мы там с тобой нашаманили.
"Сова хотела по привычке что-нибудь поперек сказать, но лишь вздохнула и стала на стол собирать. Тем часом с Украины постучали, Куров выглянул и бросился к двери.
– Доброе утро, – устало проговорила Оксана. – Пустите блудную дочь, Степан Макарыч…
Он засуетился:
– Отчего же блудную? Ты же знаешь, мы со старухой всегда рады!
– А я Юрку изменить хотела, – вдруг призналась она. – Отомстить ему за мои девические годы! Американца ходила очаровывать.
– Вот так с ними и надо, дочка! – одобрила Сова, выходя из своей на дедову половину.
Оксана тоже устало развалилась на диване:
– Да какой-то пугливый оказался… Всю ночь ходил за мной как тень. Так и не подошел.
– Надо было настойчивость проявить, – посоветовала бабка. – Скараулить и на шею ему. Когда парню на шею сядешь, он потом всю жизнь очарованный ходит.
– Я вот и хожу всю жизнь очарованный, – проворчал Куров. – Хоть бы постеснялись при мне свои бабские секреты выдавать…
– А на тебя где сядешь, там и слезешь, – отмахнулась Сова. – Уж какие только чары не насылала! И в девках, можно сказать, осталась.
Дед лишь рукой махнул, не дождавшись завтрака, ушел спать за печку. Сова же к Оксане поближе пересела:
– Дальше-то чего?
– Подкараулила этого Джона, – сонно проговорила та. – Волосы распустила… И к нему – тыала хотун, мол… Он так от меня шарахнулся! Аж упал…
– И что? Верхом бы на него!
– Не успела.
– Он с ружьем за тобой ходил?
– У американцев законы такие, – вздохнула Оксана. – Без револьвера даже спать не ложатся… Может, влюбился? И скромный стал?
– Когда влюбляются, они шустрей становятся. Айбасы просто…
– Юрко вон шустрый.