И тоже сбежал… Никому я не нужна!
– Где вот его носит? Третьи петухи откукарекали, злые духи спать улеглись…
Договорить не успела – из России застучали. Сова с Оксаной бросились к двери и обе остановились.
– Не похоже, чтоб Юрко, – предположила бабка. – Он через двери не ходит…
– Кто там? – громко спросила Оксана.
– Открой, сватья, – послышался сдавленный голос Дременко. – Помогите…
Сова отворила и отшатнулась. Тарас Опанасович чуть не упал на нее, в последний момент ухватившись за притолоку. Стоял и качался – всклокоченный, глаза сумасшедшие, одет в какое-то заскорузлое, грязное тряпье и при этом еще весь в крови.
– Тату? – кинулась к нему Оксана. – Что это с тобой? Ранен?
Дременко сполз по косяку на порог и блеснул глазами:
– Нет… Я живой… Там! – Он показал на улицу. – Помогите…
Из-за печки высунулся Куров:
– Чего это тут у вас? Пожрать не дали, теперь и спать… – и осекся, увидев Дременко.
– За мной! – скомандовала Сова. – Там помочь кому-то надо.
Они с дедом выбежали на улицу, покружили по двору – никого.
– Американец, – признала Сова. – Кажись, наповал его…
– Это мистер Странг! – Переводчик стоял на четвереньках. – Он тяжело ранен! Спасите его!
– А ты?
– Нет… Я просто устал.
В это время американец очнулся и завращал безумными глазами:
– Рашен мафия! Гэрилла бэнд! Рашен партизенз!
– Ты что, сбесился? – Дед попытался поставить его на ноги. – Какие партизаны?
Сова хотела помочь, но Джон вырвался и затараторил на английском.
– Чего он говорит-то?
– Приказывает не подходить к нему, – объяснил переводчик. – Он – гражданин Соединенных Штатов… Требует консула… Немедленно пригласите ему консула.
– Где же его взять-то? – спросил Куров, хватая раненого под мышки.
– Рашен мафия! – завопил тот. – Рашен партизенз! Брянский лес! Ковпак!
Переводчик хотел что-то растолковать ему, но Джон уже ничего не слышал и выворачивался из рук.
– Крыша съехала, – определила бабка. – Давай его волоком, тяжелый…
Кое-как они вытащили его с огорода во двор, и тут на крыльце показался Дременко, которого удерживала Оксана.
– В хату его! – прохрипел он. – В хату его, сват.