Я могла бы подумать о себе, как о его отвлечении, но Колин всегда слишком собран и сосредоточен. Значит, это или стратегия такая, или случилось что-то, о чем я не знала.
Ужин прошел достаточно хорошо и спокойно и закончился тем, что стороны пожали друг другу руки, пообещав связаться через неделю и обсудить дальнейшую стратегию в случае договоренности о сотрудничестве. Когда российские потенциальные партнеры покинули ресторан, мы остались, чтобы оплатить счет. Колин откинулся в кресле и посмотрел на меня.
― Что думаешь, Лана?
― По поводу?
― По поводу Алтуфьева с Боровским.
Я слегка пожала плечами.
― Не знаю. Меня этот вопрос не касается.
― И то правда, ― ответил он, потерев нижнюю губу, задумчиво разглядывая мое лицо. ― Но мне интересно твое мнение.
― Что ж… Они выглядят презентабельно, но те, кто пришли с ними, напоминают головорезов.
― Думаешь, в досье было сказано не все?
― Думаю, досье немного приукрашено.
Он кивнул, забирая карту у официанта после оплаты счета.
― Поехали домой, ― произнес Колин, вставая и подавая мне руку.
Мы оделись и вышли на улицу. Колин позвонил водителю еще на выходе, и тот сообщил, что стоит за углом и через минуту будет, но босс сказал ему не волноваться и что мы сами подойдем к стоянке. Колин взял меня под руку и повел в сторону угла. Тротуары были скользкими, а снег все прибывал и прибывал. Из наших губ вырывался пар, и я жадно втягивала прохладу, которая хотя бы немного отрезвляла меня и отвлекала от прикосновения Колина.
― Я не должен, ― тихо прошептал он и слегка покачал головой буквально за мгновение до того, как его горячие губы коснулись моих.
В этот раз он не пробовал, а действовал уверенно, словно уже знал, что его ждет, как будто распробовал в прошлый раз, а сейчас просто получает новую дозу меня. Наверное, стоило остановить его.