И он хлещет воду из моей любимой чашки. При этом смотрит исподлобья. Да так проницательно, что тоже хочется раздеться. Этот неожиданный эффект после нескольких часов знакомства пугает. От вида его мускулистой фигуры захватывает дух. Тёмные волосы покрывают не только грудь и руки, они на крепких спортивных бёдрах, гладком рельефном животе и мощных икрах. При этом они идеальны. Не слишком густые, но придают ему дополнительной мужественности. Влажная ткань прилипла к телу и капельку просвечивает.
От представшего передо мной зрелища стены в комнате чуточку наклоняются.
— «Дольче Габбана»? — выдавливаю из себя с постыдным хрипом, имея в виду его белые трусы.
Он стоит босиком на моём деревянном полу, с него медленно и тягуче стекает вода. И ступни с пальцами у него его тоже идеальные. Я отворачиваюсь, ищу куда бы уткнуться взглядом. Выбираю ножку стула, чтобы только перестать жадно разглядывать Максима. Сдерживаюсь, едва не расхныкавшись.
Ну не бывает так! Красивый, интересный, спортивный, терпит всё, что тут происходит и смотрит на меня как мишка Гамми на горшок с мёдом. Ну это же фантасмагория какая-то. Жизнь ведь не сказка, а моя-то тем более.
— Да, как ты догадалась?
— Я бы хотела сказать, что по модели и фасону, но на самом деле ткнула в небо пальцем.
Он смотрит ещё жарче.
— Хочешь, я подойду?
— Нет, — испуганно и застенявшись. — Я решила, что наш брак должен быть деловой сделкой. Иначе опять начнутся неприятности, — говорю так робко, что аж сама в это не верю.
"Кивнув, Максим пьёт воду дальше.
— Ты чего не спишь? Неудобный диван?
Конечно неудобный, его ещё дед моего деда продавил, глядя в телевизор и шурша газетой, но лучше разговаривать, чем истекать слюной рядом с Дубовским. Я прям ощущаю, как прихожу в состояние отупения, настолько Дубовский хорош в этом своём хлопчатобумажном одеянии и при лунном свете из окна. А лампочка-то паршивая. У меня телефонный фонарик ярче светит, чем это чудо техники из моего сарая.
— Голова разболелась, — озвучивает причину своей бессонницы.
— Понятно. У меня есть полотенце, — имею в виду, что если он обливался из моей бочки, то я могла бы предложить ему вытереться, потому что сейчас с него буквально капает.
Но это так дьявольски красиво. И я не могу перестать любоваться.
А надо бы! Просто необходимо!
Я ведь решила вести себя построже. Вон, один мужик уже петард накупил — прибить мечтает.