— Нам нужна большая точность со считывающего оборудования.
— Знаю. Я тоже это заметила. Слушай, хочешь остаться с ним наедине?
— Да, это было бы здорово.
Фэй застыла у двери.
— Слышала, ты была просто великолепна в операционной этой ночью.
Джейн слегка улыбнулась.
— Команда была шикарна. Я просто внесла свою лепту. Эй, забыла сказать Шалонде, что я за UK50 на Мартовском безумии51. Ты…
— Ага. И прежде чем ты спросишь, она снова за Duke52 в этом году.
— Мы сможем оскорблять друг друга следующие шесть недель.
— Она потому их и выбрала. Одолжение обществу. И остальные посмотрят, как между вами летят искры. Вы обе такие щедрые.
После ухода Фэй, Джейн задернула шторы и подошла к кровати. Дыхание пациента поддерживалось машиной через интубацию, уровень кислорода был приемлем. Кровяное давление было устойчивым, но низким. Частота сердцебиений — медленной, и выглядела забавно на мониторе, но ведь у парня было шестикамерное сердце.
Господи, вот это сердце.
Она наклонилась к нему и присмотрелась к чертам лица.
Она бросила взгляд на вставленную в рот трубку и увидела кое-что странное.
Косметические, без сомнений. В наши дни люди делают много чего странного со своей внешностью, а он и так разметил лицо.
Она приподняла укрывавшую его простыню. Забинтованная рана на груди выглядела хорошо, и она посмотрела ниже, убирая простынь с пути. Осмотрела перевязку на ножевой ране, потом пальпировала брюшную полость.
Он был частично кастрирован.
Учитывая безобразные шрамы, это было не хирургическое удаление, больше похоже на результат аварии. По крайней мере, она надеялась на это, потому что другим объяснением были пытки.
Она перевела взгляд на его лицо и прикрыла тело. Неожиданно она положила руку на его предплечье и сжала.