— Будем надеяться, что двери в стороне от эпицентра событий, — решила я и аккуратно приоткрыла одну створку.
Вот только эти гадские двери разлетелись в стороны с треском и грохотом!
Певица дала петуха и резко замолкла.
А я, под прицелом нескольких десятков глаз, прошла сквозь весь зал к дальнему не занятому диванчику.
И только усевшись и приняв позу воспитанной леди, до меня дошло — здесь все абсолютно одинаковые. Каштановые волосы, выбеленная кожа, алые губы.
Тина это тоже заметила и, повернувшись ко мне, хихикнула:
— Так вот как выглядит та самая белая ворона.
Голос ее разнесся по всему залу и мой привычно выставленный щит затрещал по шквалом мелких проклятий.
При этом в нашу сторону не повернулся никто. Как будто ничего и не было! И никто не проходил сквозь всю музыкальную гостиную. И не ломал двери, хотя на самом деле, я тут абсолютно ни при чем.
3.2
Дождавшись, пока запоет следующая красавица, я призвала из безвременья отцовский клинок.
— Ты хочешь выиграть любой ценой? — восторженно прошептала Тина, на что я, укоризненно вздохнув, напомнила подруге:
— Моя задача красиво сойти с дистанции, уступив дорогу политически подкованным невестам.
Дальше я отвязала от эфеса клинка небольшую сумочку, вытряхнула из нее пяльцы, иголку и моток ниток. После чего сумочку примотала обратно к клинку и все это отправила в безвременье.
При виде рукоделия Тине стало плохо. Она еще помнила, как я подшила отошедшее кружево на подоле юбки.
— Отбор не начался, — шепнула я, — надо выглядеть безобидно и обыденно.
Подруга тихонечко вздохнула и еще тише спросила:
— А ты со мной посоветоваться не могла?
— А что не так? — я увлеченно тыкала иглой в ткань.
— Да нет, ничего. Просто… Просто я даже знать не хочу, где ты раздобыла сапожную иглу и дратву.
— Дратву? — переспросила я. — Это нитки, черные. Я вышью контур, а потом заполню его чем-нибудь цветным.
Тина покачала головой и попросила меня никому не показывать мои художества.
А мне все нравилось. В безвременье был припрятан мешочек с целым состоянием, платья у меня есть, а без защитных артефактов я уж как-нибудь обойдусь.
Ну а если кто проклятьем в меня бросит… Что ж, есть у меня прекрасная разработка под названием: «Возьми себе».
Девица, надрывавшаяся у рояля, внезапно как-то неаристократично взвизгнула и за долю секунды оказалась на крышке жалобно скрипнувшего музыкального инструмента.