Что было очень некрасиво со стороны той, кого величают Божьей Сестрой! Впрочем, некоторые представители нашего пантеона еще и не то своей пастве показывают… Но нас, просвещенных и приличных, это не касается. За экзотикой — на остров Цветов.
— Знаешь, мне кажется, мы ее еще вспомним, — задумчиво произнес Марон и спрятал пилку куда-то в рукав.
— Я в любом случае не могу дать ей то, что она хочет.
— Ты — леди, — пожала плечами Тина, — могла бы присоединится к этой гонке.
— Я — леди, — согласилась я и безжалостно уточнила, — окраинная.
— Тебе предложили развлечься, а ты мысленно отбор выиграла, — проворчала Тина.
— Потому что нет смысла вступать в борьбу одновременно настраивая себя на проигрыш, — наставительно произнесла я.
— За нами скоро придут, — встрепенулся вдруг Марон.
А мы с Тиной недоуменно на него посмотрели и потребовали подробностей.
— Прислушайтесь, — фыркнул друг.
В коридоре действительно что-то происходило. И, судя по накалу страстей, либо обыск на предмет непристойных картинок (было такое у нас в Академии), либо ценные указания раздают!
И раз никто не кричит и не плачет, расставаясь с самым дорогим, значит все-таки второе.
Мы, все трое, увеличили софу и сели рядком, не сводя глаз с двери.
— Как думаете, хоть кто-нибудь в этом дворце умеет стучать в дверь? — с интересом спросила я.
— Мы это узнаем, — улыбнулась Тина, — через три, два…
Дверь распахнулась и в комнату вошла драконья жрица.
— Один, — досчитала подруга. — Никто не умеет, что весьма печально.
— Хр-р-р-р-р! Уар-ра, — согласился с ней Гамильтон.
— Вы привели мужчину? — оторопела леди Илзерран, и поспешно прикрыла дверь, чтобы никто больше не услышал моего компаньона.
— Я здесь с самого начала, — обиделся Марон.
— Она про Гамильтона, — пояснила ему Тина.
— Такая маленькая собака издает столько шума? — поразилась жрица.
Уточнять, что мой пес не потерял связь со своим миром и может куда больше, чем иные компаньоны я не стала. Лишняя информация, абсолютно лишняя.
— Завтра на рассвете вас ждет Испытание Невинности.
Леди Илзерран честно пыталась быть пафосной, но повторенная в дцатый раз фраза явно набила ей оскомину.