Два бронетранспортера взвода охранения отошли в стороны, заняв позиции фланговых дозоров, первое отделение отошло на тыловые позиции. Белоусов, запрыгнув на броню, отдал команду механику-водителю, и передовой БТР начал медленно спускаться в ущелье.
Это отметил человек, находившийся в кустах левого холма, откуда ему хорошо были видны и плато, и въезд в ущелье. Он включил портативную японскую радиостанцию:
— Сеид? Это Али!
Ему ответил хриплый голос:
— Да, Али?
— К ущелью подошла русская автоколонна.
Сеид Рахим, один из командиров отрядов Ахмада Абутияра, переспросил:
— Автоколонна?
— Да, Сеид.
— Шайтан! И что за колонна? Ее состав?
— Три грузовика с тентами, два бензовоза, три мастерских, санитарка, БТР без экипажа. Охранение — три бронетранспортера. Два остались на плато, один пошел в ущелье.
— На разведку! Ясно. Продолжай наблюдение.
Разведчик душманов отключил связь и продолжил следить за тем, как советские солдаты устраиваются на привал.
Сеид же переключил радиостанцию, более мощную, чем у Али:
— Ахмад.
Главарь банды, Ахмад Абутияр, находившийся с небольшой группой охраны в одном из горных кишлаков в десяти километрах от ущелья, ответил:
— Слушаю тебя, Сеид. Появились русские?
— Да, но не те, кого мы ждали.
— Подробней!
— Мы ожидали, что из полка на усиление батальона к Тахджави пойдет рота, а гяуры выслали автомобильную колонну. Сейчас она встала на въезде в ущелье, а к Куншеру отправился один бронетранспортер разведки неверных. Что будем делать? Пропускать колонну и ждать главную цель?
После непродолжительной паузы, Абутияр спросил:
— Что представляет собой колонна?
Сеид Рахим ответил.
— Значит, — проговорил Абутияр, — русские решили восстановить силы батальона, не высылая дополнительных подразделений. Плохо. Нам нужна полноценная рота.
— Может, после колонны русские вышлют к Тахджави и роту?
— Может, и вышлют, но мы не можем ждать. Если район успеют закольцевать до того, как мы, выполнив возложенную на нас миссию, отойдем на север, то прорывать блокаду будет очень сложно.