Как он мог быть настолько холоден с нею?
— Что? — спрашивает он, раздраженный, поскольку мое лицо остается решительно строгим.
— Ты. Почему ты был так жесток к ней?
Он вздыхает, подходит ко мне и присаживается на стол.
— Анастейша, — говорит он, как будто ребенку. — Ты не понимаешь. Лейла, Сюзанна — все они — они были приятным, занимательным времяпрепровождением. Но это — все. Ты — центр моей вселенной. И в прошлый раз, когда вы были вдвоем в комнате, она держала тебя под прицелом. Я не хочу, чтобы она была рядом с тобой.
— Но, Кристиан, она больна.
— Я знаю, и я знаю что ей сейчас лучше. Но я больше не собираюсь награждать ее за ошибки. То, что она сделала — непростительно.
— Но ты просто сыграл в ее игру. Она хотела видеть тебя снова, и она знала, что ты прибежишь, если она придет встретиться со мной.
Кристиан пожимает плечами, как будто его это не волнует.
— Я не хочу портить тебя моей старой жизнью.
Что?"
"— Кристиан, ты тот — кто ты есть, благодаря своему прошлому, настоящему — это не имеет значения.
Он не двигается. Я знаю, что ему трудно слышать это.
— Она не причинила мне боль. Она тоже любит тебя.
— Мне плевать.
Я смотрю в изумлении на него. И я шокирована тем, что у него все еще есть возможность потрясти меня. «Это — Кристиан Грей, которого я знаю». Слова Лейлы грохочут в моей голове. Его реакция на нее была настолько холодная и так противоречила человеку, которого я знаю и люблю.
— Почему ты ее защищаешь? — спрашивает он, озадаченно и раздраженно.
— Слушай, Кристиан, я не думаю, что мы с Лейлой будем обмениваться рецептами и узорами для вязания в ближайшее время. Но я не представляла, что ты будешь так бессердечен с ней.
Его глаза застывают.
— Я уже говорил тебе, у меня нет сердца, — бормочет он.
Я закатываю глаза — о, теперь он ведет себя как подросток.
— Это не правда, Кристиан. Ты просто невыносим. Ты заботишься о ней.