Ничем не рискует тот, кто ничего не делает.
– Едва ли лучезарный Берке обрадуется твоей философской находке… – процедил сквозь зубы Чунгулай.
– Но Берке едва ли обрадует и потеря лучшей из Орд своих, отданной тебе под начало… – спокойно возразил Бушер, глядя Чунгулаю прямо в глаза. – Ордой, загубленной возле жалкой деревни, в которой не поместится и трех сотен воинов…
– Продолжай, – кивнул Чунгулай. – Ты говоришь разумно. Я не сержусь.
– Я задаю себе вопрос: что они, – Бушер указал в сторону Берестихи, – что они сейчас предпримут? Покинут крепость и уйдут в леса? Нам это на руку – победа без потерь.
– Мы в выигрыше в обоих случаях, – согласился Чунгулай. – Но если будет что-то третье?
– Что? – спросил Бушер. – Что может быть еще?
– Да, – согласился Чунгулай, подумав. – Третьего не дано. – Он повернулся к Шаиму: – Командуй: Орде спешиться, бивак. Батыры не спали всю ночь.
* * *– Разводят костры… – сказал Афанасич.
– Я вижу, – ответил Коля. – Это нам часов пять передышки, – как, Афанасич?
– Поболе… Ночью шли, ночь не спали. Нажрутся конины, напьются кумыса – сон сморит.
– Вот тут и вдарить по ним, – как?
– Тю-ю-ю… Ты глянь-ка, сколько их! Да их даже спящих не перережешь, – рука устанет.
– Тогда на психику надо давить, – решил Коля.
– Не понял?
– На испуг взять.
– Они ничего не боятся.
– Так не бывает.
– Татары не боятся смерти. Погибший с честью воин сразу попадает в свой татарский рай… Они боятся только позора или колдовства. …Мы для них – враги. Мы можем любого из них убить, но не опозорить. Да и колдунов среди нас нет… Колдунья, Антипиха, есть. Но она далеко, у Сивкина ручья… День ехать.
– Позор и колдовство… – задумался Коля. – Чего же проще?! Колдун есть, а позор сделаем.
– Где же колдун-то у нас, Коля?
– А я-то? Вспомни, вчера? Как ты сам на меня смотрел, Афанасич?
– Мы на тебя смотрели без страха.
– Потому что я вас не пугал, – пожал плечами Аверьянов.
– Мы на тебя смотрели с надеждой… С великой надеждой…
– Да все понятно, Афанасич! …Дай, подумаю немного.
* * *Через час Аверьянов в сопровождении Афанасича уже медленно ехал по глухой лесной тропинке, приближаясь к Матрехинскому пруду, к яйцу телепортатора."
"Цель посещения была проста – оценить то, что можно было еще взять и использовать для обороны.