Или за это мне вас нужно благодарить, Леонид Александрович?
— Я думаю здесь все факторы свою роль сыграли. Уж слишком гладкая выходит история, так и хочется над ней поработать.
— Наверное, — не стал спорить я с бывшим сотрудником тайной канцелярии. — Вам виднее... Скажите, а кто такой этот Бирюков?
— Тайный агент. Редкая сволочь, ваше сиятельство.
— Емкое определение, — хохотнул я.
— В его случае наиболее подходящее, поверьте. Интриган, мерзавец и вообще прохиндей. Он уже столько карьер загубил, что со счета сбиться можно.
— Ни за что не поверю, что Император такого человека возле себя держать станет.
— Так он и не возле Романова трется. Ему наша пожилая императрица благоволит, маменька Николая Александровича. Питает слабость к этому ублюдку...
— Понятно, — усмехнулся я. — Ну и чем же я ему не угодил, интересно знать?
— Вот это вопрос, ваше сиятельство. Я думаю он действует в чьих-то интересах, а вот в чьих именно... В этом моему приятелю Бестужеву и придется разобраться, — Верховцев помолчал немного, а потом мрачно добавил.
— Ну, это мы еще посмотрим — на каждую гайку есть болт с резьбой. Мне перед Императором скрывать нечего, так что стану я поперек горла и Бирюкову, и всем остальным, кто это затеял.
— Я буду участвовать, ваше сиятельство, — усмехнулся Верховецев.
— Кстати, что сам Бестужев по этому поводу вам говорил?
— Пока ничего, Владимир Михайлович.
Да я и не сомневался, главное, чтобы новости были хорошими.
* * *Когда я приехал в Барвиху, выяснилось, что мои вещи уже и в самом деле доставили. Даже более того — Шушик уже успел куда-то спрятаться и Тосик искал его по всему дому.
— Крокодил карамба! — то и дело ворчал плюшевый, заглядывая под очередной коврик.
— Тосик, куда он денется? Сам вылезет, когда жрать захочет, — успокаивал я своего зверя. — Как его найдешь с таким навыком маскировки?
— «Полиция Москвы» карамба! Крокодил карамба...
— Потом посмотрите. Он тебе еще надоесть успеет.
Несмотря на мои уговоры бросить это утопическое дело, плюшевый продолжал искать Шушика часов пять.