Все это было разыграно только ради тебя. Может, не люби ты ее так сильно, до нее бы и не докопались.
Звериный нюх подводит, он не чует, что за такую «аналитику» я готов выкинуть его на полной скорости из тачки.
Беспощадно прав.
— Макс!
Я вижу старую полуразвалившуюся «шестерку», которая выползает из очередного поворота дороги. Резко ухожу вправо, не снижая скорости.
— Твою… — Его хорошо приложило к двери. Понимаю запоздало, но мне, в сущности, плевать. Слышу лязг металла.
— Кастет? — Я не удивлен. — Пригодится.
— Не сомневаюсь.
Еще три поворота, и мы на месте. Молчим, каждый думает о своем. О своей.
Мобильный, трупом лежащий больше часа, оживает рингтоном, от которого едва не выпускаю руль.
Она.
— Максим! Макс!
Жива! Голос, который я узнаю из миллиона и который сейчас заставляет сердце снова забиться в груди.
— Никому не верь, слышишь! Никому! Это подстава!
Ее крик рвется из динамика, я поворачиваю голову направо и вижу, как рядом дергается рука с кастетом.
Глава 62
Ксения...
Ксения Навроцкая
Сердце учащенно бьется.
Вот только это она.
Взгляд остался прежним, как и ее улыбка. Макс удивительно точно передал главное. И этого не изменить.
— Что вам нужно? — Мой голос вот-вот на крик сорвется. Передо мной враг, женщина, которая все это время дергала нами, как марионетками, а теперь вышла на сцену. — Вы зачем здесь?
На меня начали оглядываться мамашки, гуляющие во дворе с детьми. Наверное, только это меня и остановило от того, чтобы заорать во все горло. На улице душно, дышать нечем, кажется, вот-вот дождь начнется.
Ксения сделала полшага назад, с ее лица сползла улыбка. Я даже испугалась на мгновение, что она сейчас отвернется и уйдет, а все мои вопросы так и останутся без ответа.
Но она не уходит. Рассматривает меня то ли с любопытством, то ли с грустью.
— Я хочу поговорить с вами, Марина. Ведь так вас зовут? У нас с вами много общего.
— Общего? Ну я даже не знаю! Вы совсем на меня не похожи, по крайней мере сейчас.