Электрокар покатил к усадьбе, и Нейзман, окидывая окружающий её живописный пейзаж, с наслаждением вдохнул чистый лесной воздух."
"— Хорошо! — протянул он. — Жаль, что все хорошее когда-нибудь заканчивается. Вчера эксперты нашли в нашем лесу сразу три очага трансгенного заражения. Завтра будут выжигать. Хочется и дальше дышать без противогаза, но, к сожалению, время неумолимо. Через пять лет вся эта красота будет смертельно опасна, а мы залезем в консервные банки Центров. Так что надо ценить то, что имеем, пока оно ещё есть!
С этими словами Нейзман заложил вираж и пустил электрокар по кругу, делая петлю и возвращаясь на ведущую к усадьбе дорогу.
— Раз уж речь зашла о консервных банках, — Шинкарёв усмехнулся. — Что насчет меня? Узнал?
— Узнал, — залихватски кивнул тот, пуская машину по кругу с другой стороны дороги. — С тобой, Евгеша, на удивление всё хорошо. Вверху тебя оценили! — Он на секунду отвлекся от управления, посмотрел на Шинкарёва и беззаботно продолжил: — Везучий ты персонаж! Скажу честно, мы тебя уже списали со счетов, эксперты давали прогноз на рождение у тебя лига в девяносто девять процентов.
— Кто будет Президентом? — поинтересовался Шинкарёв. — Есть какие-нибудь слухи на эту тему?
— Слухов всегда полно, — захихикал Нейзман. — Ты же знаешь, мы старательно их культивируем! Чем больше слухов, тем меньше реальной информации и проще спрятать правду. Но по поводу Завидовского ЦСГР всё было решено ещё год назад.
Он сделал серьезное лицо, отпустил руль и вальяжно разложил руки на коленях, имитируя всем известную позу знаменитого политика, после чего с властной интонацией произнес, стараясь подражать его голосу:
— Наш Центр, господин Евгеша, официально признан правительственным. Мы выделили на его подготовку соответствующие средства и будем неукоснительно контролировать процесс.
— САМ?! — удивленно произнес Шинкарёв, указывая пальцем вверх.