В тот момент, когда вы закрыли меня от пули лига. Я понимаю, что опасность мне, фактически, не угрожала. Но я также прекрасно отдаю себе отчет в том, что никто, кроме вас, Леонид, не способен защитить меня столь же надежно, если ситуация вдруг станет по-настоящему серьезной. Я уверена, что такой высококлассный профессионал, как вы, способен справиться со столь несерьезной для него задачей и к завтрашнему дню, но назавтра, к сожалению, мы не в графике раскопок.
— Ну, в общем-то, да, — скромно признался Малевич.
— Если мы хотим, чтобы наша экспедиция окончилась триумфом, то увидеться завтра у нас не получится, — с вдохновением поэта заявила Виолетта. — Ближайшие сутки я посвящу тщательному изучению архивов, исторических источников и составлению маршрута. Именно так величайший гений нашего времени профессор Синицын сделал своё грандиозное открытие!
Головная БМП взревела двигателем и с хрустом вломилась в гущу уродливых деревьев.
— Ну, что там у вас?! — раз, наверное, в десятый спросил механиков Малевич. — Сколько ещё?
Возящийся с электродной сваркой под грузовиком человек в скафандре техника что-то ответил, не отрываясь от работы, но в эфире не прозвучало ни звука.
— Чего? — Малевич наклонился к одному из механиков. — Что он сказал? Пусть рацию включит!"
"— Сдохла у него рация, — зашипел в радиоэфире голос кого-то из механиков. — Полчаса назад. Накрылась по-серьёзному, потому что аккумуляторы в порядке.
Техники возились с грузовиком археологов почти час, но их усилия всё-таки увенчались успехом, и лопнувшую ось удалось заварить. В отличие от военных, у археологической партии Виолетты машина была даже не еле живая, а чуть-чуть немёртвая. Донельзя изношенный грузовик был старше Дивногорского ЦСГР, и каким чудом передвигался — оставалось загадкой.