Наследие 2

Он заблокировал доступ в главную пультовую и обесточил весь этаж, но даже если они каким-то чудом смогут преодолеть стальную плиту двери, вход в секретный эвакуационный тоннель надо ещё найти. А это совершенно невозможно сделать, если не знать о его существовании заранее. Но, несмотря на логику, ему всё равно было страшно, и нервы пошаливали, срываясь на слуховые галлюцинации. Каждую минуту Леониду казалось, что он слышит где-то позади издевательски-тихий кровожадный смех Ершова.

Но на этот раз смеяться будет старший лейтенант Малевич Леонид Львович! Хотя нет, за такую находку ему сразу же дадут капитана, отец порешает, в его способностях сомневаться не приходится.

Как сказано классиком, хорошо смеется тот, кто смеется последним. Леонид недовольным движением поправил болтающийся за спиной автомат. Тяжелая железка порядком его раздражала. В этом бою он уничтожил всех своих противников без единого выстрела, силой интеллекта. Отец прав, все эти автоматы, танки, пушки — детская забава! И забавляются ею пешки, истинные же властители мира переставляют этих самых пешек с места на место, а при необходимости запросто жертвуют ими ради достижения своих целей. Для того пешки и существуют. И свою сегодняшнюю партию Леонид выиграл с блеском! Он добыл для семьи фантастические сокровища и попутно избавился от ненавистного врага и прочих неудобных существ.

Правда, сначала их с отцом план едва не рухнул. В первую минуту, когда эта бракованная стерва заявила, что эпидемии больше нет и вирус не опасен, Леонид опешил настолько, что даже не представлял, что делать дальше.

Весь план отца был выстроен именно на эпидемии. Скафандры всех участников их разведывательной экспедиции, за исключением Леонида и его телохранителей, заранее были подготовлены к походу «в один конец». Их герметичность была нарушена, и нарушена весьма тщательно. Работу всех соответствующих датчиков «слегка» подкорректировали, десятки проделанных под подсумками микроотверстий оборудовали крохотными поглотителями запахов, чтобы никто случайно не догадался, унюхав какую-нибудь вонь, и обнаружить эти «усовершенствования» было малореально, даже если содрать со скафандра все подсумки и тщательно его осмотреть. Ради столь филигранной работы вылет разведывательной миссии пришлось отложить на двое суток, и отцу пришлось изрядно поработать мозгами, чтобы эта задержка не выглядела задержкой, а органично вписалась в план подготовки.