Наследие

— Да, Макс Са, — склонила голову Белояра в ответ на мой ультиматум. Тронутый ее пониманием, объяснил, что «христоверы» пытались меня сжечь, а ее отец как раз принадлежит к их элите. Приблизь я его одного, за ним потянутся все остальные."

"— Макс Са, — Белояра подняла на меня глаза, заставив мое сердце галопом скакать, — каждый выбирает свой путь. Мой отец хотел служить Господу, я хочу быть женщиной для Мала и служить Тебе.

Больше слов не требовалось. Проклиная себя, что эта девушка так действует на меня, поспешил уйти к себе, пока всё не испортил.

Мал с момента знакомства с Белоярой сильно изменился — я даже слышал смех из его комнат, что было явлением невероятным. Теперь он больше времени проводил во дворце, приходя даже на обед. И Мал стал терпимее — он не вспыхивал как спичка при каждом слове, не хватался за рукоять кинжала при косом взгляде. Одним словом, за неделю, что Белояра вошла во дворец, мой сын изменился больше, чем я мог рассчитывать. Он даже поднял ползающего по полу Ивана, заставив присесть Нату от удивления. На этом моменте, надо отдать должное, его братская любовь закончилась — отдав мальчика матери, ушел к себе.

«Что ты имела в виду, баба Серафима, говоря мне это имя?.. Ведь она — жена моего сына. И как она может изменить мою жизнь?» — немного поворочавшись и не найдя логического ответа на свой вопрос, я провалился в сон.

Утром после доклада Шрама о состоянии дел в Мехике отозвал в сторону Богдана:

— Ты помнишь дорогу к домику охотника Зипа?

— Сына медведя и лошади? — улыбнулся Богдан.

— Помню, конечно.

— Я обещал жениха для ее дочки. Пока Санчо не обрюхатил половину женщин Макселя, надо их свести.

— Да, там Санчо придется потрудиться! — погладил бороду Богдан, смеясь во весь голос. — Когда хочешь туда съездить?

— Давай прямо сейчас, мы всё равно задержимся здесь на пару дней. Поженим Санчо и эту слониху… не помню ее имени. И двинем дальше, а на обратном пути заберем молодоженов с собой.

Кроме Санчо, нас сопровождал еще и Бер, не пожелавший отпустить меня без своей охраны.

Беру тоже бы надо подыскать себе жену. Из всей моей старой команды только тихоня Лайтфут сказал перед нашим отъездом, что по нашему возвращению хотел бы жениться. Уильям остался верен себе — его новая пассия была похожа на его прежнюю жену Гу своим черным цветом кожи и ослепительно белыми зубами.

До избушки охотника мы добрались через часа три — Зип во дворе колол дрова огромным колуном.