Тут есть настоящая кокосовая роща, отделяющая нас от ближайших соседей, которые находятся далеко за пределами слышимости огромного поместья.
Вытершись полотенцем и одевшись, мы неторопливо идем на кухню, чтобы приготовить завтрак. Но едва мы входим в огромную комнату, я истошно кричу.
– Что?! Что такое?! – Такер, склонивший голову над телефоном, моментально переключается в боевой режим. Его длинное, мускулистое тело принимает защитную позу, пока он дико оглядывается, готовый защитить меня от любой опасности.
Я безмолвно указываю на кухонный стол.
Он бледнеет.
– Нет. Неприемлемо, – рычит он.
Я чувствую, как на глаза у меня наворачиваются слезы.
– Как он оказался тут?
Мы застыли, уставившись на Александра, прислоненного к корзине со свежими ананасами. Я понимаю, что его, должно быть, принесла экономка. Но почему? Зачем ей так поступать с нами? Мой недоверчивый взгляд скользит по жуткому белому лицу куклы и крошечному красному рту с сжатыми в жуткой ухмылке губами, как будто он скрывает отвратительную тайну.
"Я – в половине секунды от того, чтобы не уподобиться собственной дочери и не закатить эпичную истерику, когда внезапно появляется невысокая женщина с темными волосами. Одетая в розовую футболку пастельных тонов и белые брюки, она врывается на кухню с озабоченным выражением лица.
– Что случилось? Все в порядке? – Она говорит с сильным акцентом, но я не могу его определить. Большинство тех, с кем мы общались на острове, говорили по-французски, но у этой женщины совсем другой акцент.
– Да, мы в порядке, – отвечает Такер.
Она осторожно кивает.
– Я – Такер, а это – моя жена, Сабрина. Спасибо, что принесли нам ананасы. Выглядят вкусно. – Его взгляд перемещается к кукле. – Эм. Есть мысли, как сюда попала эта штука?
Она выглядит смущенной.
– Кукла? Я его принесла. Мистер Дин сказал, что это свадебный подарок. Он сказал, что это… Как это сказать, коллекционная игрушка? Хотите, чтобы я забрала ее?
Требуется вся сила воли, чтобы не схватить Александра и не разбить его фарфоровое личико о край стола.
Такер читает мои мысли. И поскольку в его ДНК запрограммировано спасать даму, попавшую в беду, он одаривает ее теплой ободряющей улыбкой.
– Нет, нет, можете оставить его, – говорит он.