Я сам с трудом закончил Гарвард, не получив нервный срыв, и у меня не было детей.
– Это было непросто, – признаю я. – Такер невероятно поддерживал меня."
"– Она скромничает, – настаивает он. – Еще до того, как мы встретились, она работала на двух работах, чтобы закончить колледж. А потом она день и ночь проводила на ногах с нашей дочерью, кормила ее, пеленала, одновременно штудируя учебники и делая письменные работы. Даже просто смотреть на нее было утомительно.
– Вы – два необычных молодых человека, – говорит Кевин, когда Брюс наполняет наши бокалы.
– Я думаю, что наша дочь действительно вдохновляет нас обоих обеспечить ей все лучшее, что только в наших силах, – отвечает Такер, сжимая под столом мою руку. – Мы хотим дать ей все. Убедиться в том, что о ней всегда позаботятся.
– Прекратите, – стонет Брюс. – Вы очаровательны. Я больше не в силах выносить это.
Во время десерта Брюс и Такер сходятся на своем увлечении фитнесом. Глаза Кевина едва не вылезают из орбит, когда двое мужчин выходят из-за стола, чтобы начать сравнивать методы тренировок. Такер в потрясающей форме. Хоть он и устоял перед искушением снять рубашку, Брюс замечает и отмечает невероятный пресс и бицепсы моего мужа. Любой бы заметил. Я не принимаю близко к сердцу то, что Брюс откровенно флиртует с ним, пока мы с Кевином обсуждаем законы за муссом из манго.
– Мы пробудем тут еще несколько дней, – говорю я, когда они провожают нас после фантастического ужина. – Уверена, мы еще пересечемся, но будет приятно, если вы нанесете ответный визит. Не уверена, что сможем закатить такой же великолепный ужин, но, может быть, заскочите к нам чего-нибудь выпить?
– Просто покажите, где ведерко со льдом, – говорит Брюс, целуя меня в щеку. Возвращаясь домой под светом луны, Такер берет меня за руку, принимаясь большим пальцем рисовать узоры на костяшках моих пальцев.
– Было весело?
– Определенно.
Но затем я вспоминаю кое-что, и мое настроение падает.
– Почему ты не говорил мне, что бары тебе наскучили?
В ответ я получаю пожатие плечами.
– Мне не то чтобы скучно. Просто иногда беспокойно.
– И все же ты должен быть что-то сказать.
– Я ничего не говорил, потому что на самом деле это не так важно.