Наследие

Что случилось?

– Ничего, если ты любишь деньги. – Голос у Элизы слишком самодовольный, что заставляет меня нервничать.

– Я люблю деньги, – отвечаю я, хотя и осторожно.

– Хорошо. Потому что песня, которую ты написала для Далилы в прошлом квартале, пробила все чарты, и я только что отправила тебе чек на неприличную сумму. Всегда пожалуйста.

– Насколько неприлично неприличную?

– Это сюрприз. Поздравляю, Ханна. Вот для этого мы и работаем.

Я не решаюсь гадать о сумме. Поп-звезда, для которой я написала музыку, несколько месяцев звучала во всех моих социальных сетях, и я знала, что старт сингла прошел хорошо.

А это значило, что гонорар будет довольно приличным. Но у меня вошло в привычку не обращать на все это особого внимания. Лучше сосредотачиваться на предстоящей работе, чем на том, что уже сделано. Как только начинаешь слишком сильно рефлексировать, это идет в ущерб музыке. Истина в том, что эта ниша непостоянна. Сегодняшний хит завтра становится мусором. Нужно просто пользоваться преимуществами и наслаждаться успехом, пока он длится.

Дома я предвкушаю момент, когда смогу поделиться новостью с Гарретом… а потом как-нибудь найти способ втиснуть в разговор ребенка… но когда я вхожу, то сразу вижу открытые пивные бутылки на кухонном столе и то, как сердито он играет в видеоигры в кабинете.

– Твою мать, – рычит он, бросая геймпад на журнальный столик, где тот приземляется с жалобным треском.

– Привет. – Я прислоняюсь к дверному косяку и осторожно улыбаюсь.

Гаррет просто вздыхает. Он все еще в той же пижаме, в которой был сегодня утром.

А это всегда дурной знак.

– Что случилось? – Я сажусь на подлокотник кресла, чтобы поцеловать его в знак приветствия, но наши губы едва соприкасаются, прежде чем он отстраняется с раздраженным проклятием.

– Он издевается надо мной, – выплевывает он.

– Кто? Тот шепелявый парень? О нет. Он вернулся?

Четыре недели после последнего Рождества Гаррета третировал десятилетний заклятый враг, издевавшийся над ним в одной из видеоигр. Я думала, мне придется избавиться от консоли, чтобы Гаррет не нашел способ выследить ребенка и появиться у него дома с хоккейной клюшкой.

Но весной этот шепелявый ребенок просто исчез, и я решила, что испытание закончилось.

– Мой отец, – мрачно говорит он. – Ему всего мало, и теперь он хочет влезть в это.

Мозг у меня начинает кипеть.

– Начни с начала. Что стряслось?

– Лэндон звонил мне сегодня утром. Говорит, продюсер спортивного агентства хочет меня в эпизод «Наследия».