Наследие

Сабрина закатывает глаза.

– Заткнись.

– Серьезно. Ты чертовски красива. И это не плохая идея. Тебе нужна эта поездка, дорогая. За все эти годы у тебя не было ни одного выходного дня. То же самое касается и меня. – Я пожимаю плечами. – Нам это нужно.

– Нужно ли? – Она все еще переживает.

– Абсолютно. Песок, солнце, и сон допоздна, – напоминаю я ей.

Звучит так, словно это – послание небес. Десять дней в Сен-Барте в летнем домике семьи Дина. Билеты на самолет предоставлены мамой в качестве свадебного подарка.

Это будет идеальный коктейль для отдыха, расслабления и для того, чтобы вправить Сабрине мозги, потому что крошечный человечек, бегающий по этому дому, это бесконечные препятствия. Конечно, я люблю ребенка, но мамочке и папочке нужно заниматься вдвоем грязными делами.

– Поверь мне, – заверяю я ее. – Это будет волшебно.

Она вскидывает брови.

– Я не знаю. У нас давно такого не было. Не боишься давать ложные обещания?

– Ха. Да я скорее преуменьшаю, чем преувеличиваю. – Я обхватываю ее за талию и склоняюсь поцеловать.

Сабрина целует меня в ответ, затем отстраняется и тяжело вздыхает. Закрывает глаза. Выдыхает.

– Ты прав. Мы заслуживаем передышки. Это будет славно.

Это становится мантрой. Убеждать себя, что нужно немного отдохнуть, что ее мир не рухнет, если она это сделает. Планируя эту поездку, она переходила от волнения к страху по меньшей мере шесть раз в день. Если я смогу вывести ее через парадную дверь, это будет победой.

Глава два

Сабрина

День первый

Такер начал угощать меня вином в баре аэропорта.

В воздухе он не позволяет стюардессе пройти мимо, не попросив еще бокал шампанского, чтобы сунуть его мне в руку. Не то чтобы я жалуюсь. Я признаю, что оставить Джейми было труднее, чем я себе представляла, но он прав: с Гейл она в надежных руках. И если что-то пойдет не так, мы быстро вернемся домой. Мы это переживем.

– Я видела, как ты пялился на ее туфли, Гарольд.

– Богом клянусь, Марсия. Я никогда не обращаю внимания на женские туфли.

– Не надо меня опекать.

Я знаю, что тебя заводит, извращенец.

Средних лет пара, сидящая перед нами в первом классе, может не выдержать полета.

– Я в команде Марсии, – склоняется Такер, чтобы шепнуть мне это. – Он замышляет какие-то темные делишки с ногами.

– Вовсе нет. Это ее причуды, а не его. Ей нравится затевать с ним публичные споры, чтобы сохранять искру.

Они занимаются этим с тех пор, как сели. Спорят о пакетиках с сахаром и о том, чем развлекаться в полете.