– Королеве нужны деньги, а значит, необходимо поднять собираемость налогов.
Фраза получилась для дикарского уха сложной, но одноглазый правил не первый год и прекрасно понял, что сказал шас. Ответить же он мог лишь двумя способами: смиренно-верноподданным или издевательски-дерзким, и, поразмыслив, великий фюрер выбрал второй вариант.
– Пофнимай, – нахально предложил он. – Можешь прямо сейчас начать.
И сделал телевизор громче.
– Вот я и начинаю.
– Не нафорвись.
– Не надо хамить.
– Я стараюсь изо всех сил.
Кувалда достал бутылку и налил себе полный стакан.
– Пить не стану, – предупредил дикаря шас.
– Я и не префлагаю, – скривился одноглазый и залпом заглотил янтарную жидкость. – За зфоровье королевы!
Хотя в глубине души надеялся, что шас поддержит компанию, напьётся и отстанет от него, несчастного великого фюрера, хотя бы до завтра. Но поскольку план не сработал, пришлось отвечать на прямой, как рост государственного долга, вопрос Майно."
"– Если Серису нужны налоги, пусть он уговорит новую королеву разрешить нам больше грабить, – резонно предложил Кувалда, вертя в руке опустевший стакан.
Он вдруг понял, что глупый малолетка может помочь ему вернуть народную любовь и обожание: если сообщить сородичам, что квоты на грабежи повысились, они на радостях позабудут, что фюрер должен умереть…
– Насколько больше? – поинтересовался шас.
– А сколько нужно налогов? – поинтересовался Кувалда, отключая на телевизоре звук.
– Много.
– Вот и грабить мы фолжны преимущественно.
Одноглазый замолчал. Майно тоже не отвечал, ожидая завершения фразы. Тишина показалась великому фюреру неприятной, и через полминуты он спросил:
– И?
– Преимущественно что? – поинтересовался шас, решив, что дикарь позабыл закончить фразу.
– Просто: преимущественно.
– Просто не бывает.
Кувалда засопел.
– Вы можете грабить преимущественно челов или преимущественно богатых, – развил свою мысль Майно. – Или преимущественно в Тайном Городе…
– А-а… я понял, – перебил умника фюрер.
– Ага… – Майно почесал затылок. – Так грабьте на здоровье. Только налоги платите.
– У нас строгие квоты.
– Когда это вам мешало?
– Ты вифел, как Всевефа обошлась со Всеславой? – осведомился Кувалда. – Раньше мы, конечно, нарушали, а теперь боимся.
– И правильно делаете, – вздохнул шас. – Всеведу все боятся.