– Ты врёшь себе по двум причинам: потому что Далина умерла и ты снова пытаешься вести себя так, как раньше. Но больше так не получится, ведь ты познал вкус настоящих отношений и ты его не забудешь. Ты станешь их искать и обязательно найдёшь.
– С тобой?
– Не факт.
– А если я скажу, что готов продолжать наши отношения? – вдруг спросил барон.
– Я предложу тебе подождать с обещаниями. – Девушка погладила его по щеке.
– Потому что мы недостаточно хорошо знаем друг друга?
– Потому что мы не верим друг другу, – мягко объяснила Анна.
В этом девушка была абсолютно права.
– Ты цинична, – тихонько рассмеялся Сдемир.
– Я знаю жизнь.
– Лучше бы жизнь была другой.
– При других обстоятельствах мы бы не встретились.
Захотелось пить. Белого холодного вина, бутылка которого осталась на столике в гостиной. Сдемир приподнялся на локте, но замер, увидев окровавленные простыни.
Он совсем забыл об их игре…
Анна почувствовала смущение люда, поняла, когда он вздрогнул, выдержала малюсенькую паузу, позволив молодому барону мысленно вернуться к масанам, и негромко произнесла:
– Сегодня я присутствовала на совещании по поводу проведения Конклава и случайно подслушала разговор Сантьяги с епископом Треми… – Люд чуть повернул голову.
– Он их сын? – пошутил Сдемир.
– Почти, – легко рассмеялась Анна. – Несколько дней назад был найден мёртвый масан… к сожалению, в разговоре они не упомянули имя… Так вот, Захар начал расследование и выяснил, что этот масан отравился…
– Чем? – перебил девушку люд.
Он уже догадался, что услышит.
– Масан отравился кровью этого чела, – подтвердила его догадку Анна. – Кровь этого чела такая же ядовитая для вампиров, как навская.
– Аномалия? – прищурился Сдемир.
– Да. Но Сантьяга думает, что из этой крови можно будет сделать сыворотку.
– Ужасная новость для масанов, – протянул барон.
– И прекрасный козырь для Сантьяги, – добавила Анна. – Если комиссар убедит кардиналов, что через два-три поколения сможет сделать любую пищу ядовитой…
– Непримиримые примутся лизать ему руки, – закончил за девушку люд.
– Именно.
– Но сначала Сантьяге нужно отыскать чела, – усмехнулся Сдемир.
У него не осталось сомнений в искренности метаморфа: сливать такую информацию Сантьяге не было никакого смысла.
– До Конклава мы не увидимся, – продолжила Анна. – С завтрашнего дня я буду безвылазно сидеть в «Империи».
– На ресепшен? – усмехнулся барон.