– Может, составишь компанию? – небрежно предложил брату, когда они выходили из казначейства.
– Куда? – не понял Майно.
– К морянам, – ровным голосом ответил Лебра.
– Разве ты к ним не съездил? – удивился старший близнец.
– Они назначили на восемь.
На самом деле Лебра едва упросил Фатму, менеджера по финансам семьи морян, встретиться так поздно: в надежде, что после работы брат отправится с ним."
"– Зачем мне ехать? – осведомился осторожный Майно, в воображении которого уже появилось разъярённое казначейской наглостью чудовище.
– А я потом с тобой к Шапкам, – улыбнулся в ответ Лебра.
– Зачем?
На этот логичный вопрос у младшего близнеца был готов более-менее логичный ответ:
– Позору меньше будет.
– Позор – не похороны, его можно пережить, – рассудительно отозвался Майно.
– Похороны тоже можно пережить, – заметил Лебра.
– Чужие, – уточнил Майно и ядовито закончил: – Езжай, братишка, делай то, что должен, а там будь как будет. Может, дядя Серис назовет твоим именем новый налог.
– Я ведь о тебе беспокоюсь, – с прекрасно сыгранной лёгкостью произнёс Лебра.
– Что?! – поперхнулся Майно. – Обо мне как раз беспокоиться не надо – я вытянул правильную спичку.
– Самую правильную спичку вытянул дядя Серис.
– Это верно, – не смог не согласиться старший.
– Вот и я о том же.
Они в молчании дошли до припаркованного у дворца «Мерседеса» и остановились.
– Так что там обо мне? – поинтересовался старший.
– Ты – эгоист, – посетовал младший.
– Не хочешь говорить – не надо. – Майно распахнул дверцу.
– Просто любопытно: что ты скажешь маме, когда она спросит обо мне? – трагически поинтересовался Лебра, отворачиваясь.
Атака была проведена мастерски, и удар попал точно в «десятку». Майно выругался и захлопнул дверцу.
– Не сторож я брату моему, скажешь ты и отдашь маме мои часы. Вот эти. – Лебра смахнул слезу, снял с запястья дешёвую китайскую подделку и протянул брату.
– В первую очередь желудки оборотней не смогут переварить твою хитрость, – проворчал Майно, пытаясь увернуться от часов.
– Нет уж, бери, – настаивал Лебра.
– Не хочу.
– Бери! Не расстраивай маму.
– Как я её расстрою?
– Это будет её единственная память о сыне. Ведь всё остальное съедят моряны…
– Они не жрут кости.
– Жрут.