Все перемешалось в голове Крота: плачущая Лена Бергер, хаос, царивший в его квартире, часовня у военного училища, разбитый Ан-2 на «Дэвау», фоторамка, пукающий Борщов, обкуренные Чел и Марля, удар за железной дверью, метки мелом на стене, кусок стекла, лысина Самохина, пряжка немецкого солдата на ящиках со странными банками и надпись на ней — «GOTT MIT UNS». Бог с нами? Нет! Смерть! Смерть с нами!
TOD MIT UNS!
И он врезался в оступившуюся и падающую Риту. Медичка же вскинула руки и успела схватиться за рюкзак на спине Тиграна, увлекая его за собой.
— Дорогая, ну не здесь же… — пробормотал, тяжело дыша, Тигран, выползая из-под женщины, — постеснялась бы молодого человека…
— Дурак!.. — фыркнула сквозь отдышку Рита.
— Мы… Мы глупость делаем… Моя вина… — продолжал тяжело вздыхать Баграмян и снова полез в рюкзак.
— Что не так?..
— Нельзя бежать. Мы бежим и делаем глубокие вдохи. А значит… вдыхаем эту гадость вместе с пылью. Никакого… больше… бега… — урбан извлек несколько ватно-марлевых повязок и раздал своим спутникам.
— Не весть что, конечно, но хоть что-то.
— Сколько тут? — тяжело проговорил Загорский, сморкаясь на пол, перед тем как надеть повязку.
Тигран снова обратился к своему дозиметру.
— Ниже, чем там, но выше, чем надо. Поднимайтесь. Уходим отсюда.
* * *Фон продолжал оставаться повышенным, хотя снижался по мере их углубления от той злополучной развилки в левый туннель.
— А что ты делал на аэродроме? — спросил Александр.
— Хотел своими глазами увидеть эпицентр. Это лет пять назад было. Насмотрелся.
— Так что же получается, мы под аэродромом? — произнесла Рита.
— Почему?
— Ну, на него упала ядерная ракета. Потому и туннель тот обрушился, и стекло это проклятое.
— Саня, как по твоим прикидкам? — Баграмян взглянул на Загорского.
— По моим прикидкам, мы уже далеко на северо-западе от Калининграда. И Чкаловский далеко позади.
— Может, другой эпицентр? — продолжала Гжель.
— Насколько я знаю, в области было два удара. По Балтийску, потому что там база ВМФ, и по военному аэродрому, потому что это единственный форпост нашей авиации в регионе. Сильно гадить рядом со своими союзниками они не хотели.
— Так, может, наши ударили позже? — предположил Александр.
— Наши? Им-то это зачем?
— Ну, по вражеским силам вторжения…
— Саня, тут не было вторжения.
— Ты уверен?
— Уверен. Ракеты просто не дали никому опомниться.