Только на воскресных заутренях их и вижу!
Царь недовольно шевельнул бровью (действительно непорядок!) и глянул на постельничего. Тот в ответ лишь молча поклонился — мол, устрою все в лучшем виде.
— Еще что?
— Позволь, батюшка, самому брать книги в твоей либерее.
— Хм? А что, печатник[60] Висковатов плохо выбирает? Впрочем, будь по-твоему — мне уже все уши прожужжали, как ты читать любишь.
Под выразительным взглядом старшего брата средний разом подскочил, готовый вот прямо сейчас бежать и веселиться.
— Давай наперегонки, кто первый до крыльца? Ми-ить?
— А давай!..
Разумеется, Дмитрий проиграл, «споткнувшись» всего лишь в двух шагах от финиша, и, пока довольный победитель радостно прыгал, он принял от поджидающей его Авдотьи две странных палки.
— Иди сюда. Смотри: вот это отбивала.
Руки Ивана крепко вцепились в протянутую ему рукоять, и он тут же примерился, как будет рубить воображаемых врагов этим странным мечом.
Шить-шить!
— Да нет, не так — не ребром, а пластью. А вот это мячик.
На ладони старшего брата образовался пучок белоснежных перьев, чьи связанные меж собой стержни вдобавок скрывал небольшой кожаный мешочек.
— Это забава настоящих воинов! Представь, что вместо мячика в тебя летит стрела. А ты ее вот так — раз! И отбил обратно ворогу.
— Ух!!!
Глава 6
Второй летний месяц года семь тысяч шестьдесят девятого от Сотворения мира[61] начался с теплого и чистого дождя. Хляби небесные разверзлись еще до рассвета, и теплый дождь, дробно зашелестев тяжелыми струями по крышам, основательно прошелся по дорогам и улочкам, прибив на них пыль (не доводя, впрочем, дело до непролазной грязи).