— Она нахмурилась и начала тереть лоб, явно пытаясь что-то вспомнить. — Была легенда, как оно появилось… Семь женщин заразились чем-то вроде чумы или проказы — я точно не помню, простите. Но кажется, шла какая-то война. Они пришли в лагерь противника и заразили воинов, соблазнив их. От них болезнь распространилась на всю армию, пришедшую завоевать…
Я прервал урок истории, которая, возможно, никогда даже не происходила:
— Это все неважно. Как его снять и сколько у нас времени?
Лиля побледнела еще больше, став почти желто-зеленого цвета.
— Я не знаю… Понятия не имею… То есть, его не снять… Нет способа… Это одно из проклятий, которые невозможно снять… Так я слышала от бабушки. Я не знаю, как вам помочь… Возможно, и существует какой-то способ, но мне он не известен… Я не знаю… Не знаю!
— Тише! Успокойся! — Радван потянулся к ней, чтобы успокоить, но тут же замер на месте. — Значит, нам нельзя больше никого касаться?
— Пока не умрут семеро, проклятие не успокоится.
— В смысле? — Маттиас обвел всех нас взглядом. — Мы должны коснуться еще троих, чтобы не умерло бОльшее количество человек? Что за херня?
Лиля закивала:
— Да. Либо так, либо вы умрете, и тогда проклятие будет переходить от человека на человека, не останавливаясь.
Твою ж мать! Все это звучало хуево. В любом случае мы обречены, ведь так? Успокаивает только то, что я успел узнать каково это — быть с Мариной. Повод для радости.
— Это нелепо. — Я пристально посмотрел на ведьму, пытаясь заставить ее сосредоточиться. — В этом случае проклятие будет переходить от человека до человека, пока не сдохнут все? Это вообще реально?
— Я не знаю! — Лиля вскрикнула и вскочила на ноги, начав метаться по мастерской. — Я не слышала, чтобы его хоть когда-нибудь насылали.
В мозгу что-то щелкнуло. Кухня с фотографиями, которые развесила неведомая мне тогда Марина.