Что же он собственному сыну так не доверяет? Эйгон не был гениальным сыном, но пропащим аристократом я его назвать никак не могу. У Эзры день плохой что ли?
— Отец… посмотри это видео, — Ханс, оказывается, ещё не передал всё. Видимо хотел при всей семье. Разумеется, чтобы мне прилетело. Хотя теперь это и весомый аргумент в том, что Ауэр унижают.
Эзра лёгким движением задрал свободный рукав костюма. Под ним обнаружился тончайший бронированный комбинезон — дорогая штука, что изготавливается под человека, чтобы быть второй кожей.
Из коммуникатора послышался гомон арены и разные объявления, в том числе приглашающее меня. Отец внимательно смотрел на голограмму, что с обратной стороны казалась чёрным квадратом в воздухе.
— Куратор дал отписку, мол стиль боя неправильный и слишком рискованный. Тиль получил сто два балла. Я девяносто один.
— В этом… есть своя правда, — медленно кивнул Эзра, эх… — А что за ставка?
— Его меч против усилителя контроля Остерман для приближённых, — ответил за меня Ханс.
Охо… папашу это задело.
— Мало того, что ты избил второго сына Остерман на глазах у всех, что ухудшит наши отношения, — сквозь зубы произнёс Эзра, недобро смотря на меня. — Ты ещё и ставил ценнейший клинок, что я тебе доверил?
Такой уж ценный? Очень дорогой, конечно, иная броня меньше стоит, но…
— Я знал, что смогу победить, — без сомнений ответил я и… а да плевать уже."
"— Неужели⁈ Ты просто не ценишь то, что Дом даёт тебе! С этого дня ты не имеешь права брать ни меч, ни броню А или Б класса! Не имеешь права делать ставки, чем-либо принадлежащим Дому!
— Милый, — начала примирительно Ренэйт.
— Нет, — не терпящим возражений тоном ответил Эзра. Что же, неприятно. Жёсткая реакция, учитывая, что это происходит впервые и, вообще-то, нормальная практика.