— Если бы мы туда долетели…
— Не долетели: защитные поля непременно рухнули бы, и нас бы убило сильно искажённым законом термодинамики, — перебил Призрак. — Но если бы туда долетели и выдержали, то да, по возвращении увидели бы Осколки спустя пару тысячелетий.
Мне одновременно страшно и… воодушевляет. Невероятные вещи творятся. Мы несколько минут просто висели у границы Осколка.
— Так, парни, — начала Мия. — Давайте, Лоуренс, лети разведывай, только не пропадай на пару дней, а мы пока ваш маяк поставим.
Она нас буквально разбудила. Я торопливо развернул устройство с большим накопителем, правда вне поля энергия стала тут же перетекать к самой «горячей» точке Осколка, металл станции служил проводником. Задачка…
Попробовал повесить в воздухе — так лучше.
— А если кинуть его в замедление? — предложила Мия.
— Тоже подумал… а сигнал поймаем, хотя тут ещё Радос…
— Будет хуже, но поймаем, — отозвался Призрак.
Он облетел станцию по периметру. С другой стороны от разлома из него выходил мускулистый блондин с перекошенным в испуге лицом.
— Это… Радос? — сказал я. — Даже на него замедление времени действует так сильно?
— Точнее часть Радоса, — Призрак показал с другого ракурса, тело располовинило, ниже пояса всё отсекло. — И он движется. Микросдвиг оценить сложно, не хватает чувствительности сенсоров, хотя свет распространяется нормально.
Мия взяла меня за плечо, и я повернулся к ней. Она тоже сняла шлем, глядя мне в глаза. Никогда не видел такого серьёзного и настороженного взгляда по отношению ко мне.
— Мы хотим освободить Разрушителя? Эйгон, ты в своём уме? Я знала, куда мы идём, но думала, что мы найдём древний труп. А он просто во временной ловушке застрял!
— Не похоже, что он что-то разрушил.