— Демоново отродье! Ты — чёртов тохар, такой же гнилой, как и все твои собратья!
Я подошёл вплотную к уроду и не мигая произнёс:
— Тохаров на стене хватает. Сегодня мой брат подставился, защищая кого-то из боевых товарищей от пасти демона. Как думаешь, многие тохары дёрнутся прикрывать твою спину после таких слов?
Зрители одобрительно загудели в ответ на мои слова.
— Стоп-стоп-стоп-стоп! — сквозь толпу пробрался трактирщик, который тут пользовался авторитетом. — Эти оскорбления тут ни к чему! Бой вёлся честно! Если имеешь что-то против, тренируйся и возвращайся в круг!
— Да пошёл ты, — поднимаясь, ответил задира и сплюнул на землю.
— Я-то пойду, — сказал на это трактирщик, который, как я теперь понял, был по совместительству и хозяином таверны. — Вот только ты проиграл бой, на который сам же и нарвался. Извиниться придётся, или завтра молва о тебе будет гулять по всему Горному!
Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. У меня создалось чёткое впечатление, что, если бы сейчас тут, во внутреннем дворе таверны, не было бы трёх десятков зевак, это вояка разодрал бы трактирщику горло.
— Я признаю поражение и приношу свои извинения за то, что назвал тебя девчонкой, — явно принуждая себя, проговорил он.
— Я принимаю извинения, — пришлось ответить мне, хоть мы оба прекрасно понимали, что это всего лишь фигуры речи, не имеющие совершенно ничего общего с реальностью.
Троица задир удалилась, а трактирщик подошёл к нам с братом. Только сейчас я заметил в его руках толстую пачку денег.
— Твой выигрыш, — сказал он, протягивая мне купюры.
— Тут слишком много, — ответил я, не прикоснувшись к деньгам. — Я бы хотел получить только ставку брата с выигрышем.
— Ему я уже отдал, — сказал мне этот грузный человек, в котором ясно читалось уважение ко мне. — А это твоя часть. Знаешь ли, почти все поставили на Петра, поэтому выигрыш такой большой.
— О! — восхитился я и улыбнулся. Вынув из пачки несколько купюр, я остальное вернул трактирщику. — В таком случае, оставь эти деньги и, если кому-то из вояк действительно понадобится помощь, а не нажраться в стельку, помоги им.
Брови трактирщика поползли на лоб.
— Очень достойно, с твоей стороны, — полный мужчина глянул на деньги, затем убрал их в карман штанов. — Обязательно так и сделаю.