Я купила майки с девятнадцатым номером Ксандера для Кира, потому что он его так сильно любит.
Это жалко.
И по этой причине это должно прекратиться.
Я имела в виду это ранее, я закончила.
— Ты должна пойти, Ким. — Тил показывает на сок Эльзы, и когда она кивает, она делает глоток. — Тринадцатому может понадобиться моральная поддержка.
— Почти уверена, что Ро может использовать другой тип поддержки. — Эльза усмехается.
Лицо Тил остается нейтральным.
Я смеюсь.
— Это он может. Он снова говорил о тройничке.
— Он также упоминал об этом на днях. — Эльза качает головой. — Если он продолжит, Эйден убьет его до конца года.
— Я тоже сказала ему это. Клянусь, он не боится за свою жизнь."
"— Нет? — вопрос Тил останавливает нас обеих на полпути. — Я имею в виду, что он не боится за свою жизнь.
Эльза хмыкает.
— На самом деле, я думаю, что нет. Он говорил, что его отец спланировал всю его жизнь, включая его брак и все такое, и он ненавидит это.
Я киваю.
— Думаю, что он рассматривает это как последнее «ура» перед тем, как его заставят унаследовать фамилию и наследие отца.
Губы Тил дергаются, и клянусь, что она собирается улыбнуться, но она возвращается к своему фирменному бесстрастному лицу.
Мы оставляем эту тему, и Тил уходит в дом, заглядывая, чтобы Нокс снова ее не напугал.
Мы с Эльзой заканчиваем заниматься, и после того, как я прощаюсь с девочками, я забираю Кира.
Как только мы возвращаемся домой, мы включаем музыку и танцуем под нее, дурачась. Он единственный человек, перед которым я могу так свободно танцевать.
Придурок.
Впервые мама выходит из своей студии, чтобы забрать доставленные принадлежности. Мы убавляем музыку и продолжаем щекотать друг друга и блокировать наш смех, чтобы она не услышала.
Однако она ни разу не замечает нашего присутствия, приказывая курьерам отнести полотна в ее студию.
Надувая губы, Кириан наблюдает за ней щенячьими глазами, ерзая, ожидая капельки ее внимания.
Ты имеешь в виду, даже сейчас.
Я продолжаю щекотать его, отвлекая внимание от нее. Как только курьеры уедут, и она закроет свою студию — она звуконепроницаемая — мы вернемся к танцам, пока не устанем.
Все равно ему пора спать, так что я провожаю его в комнату.
— Может Ксан прийти? — спрашивает меня Кир, как только надевает пижаму, и я укладываю его в постель.
— Нет, — огрызаюсь я, а затем улыбаюсь, скрывая это.