Его длинные, сильные пальцы задерживаются на резинке моих трусиков, прежде чем он медленно, грубо и так нарочито проводит средним пальцем по намокшей ткани.
Злая усмешка кривит его губы, когда моя влага бесстыдно просачивается на его руку.
Он поднимает ее и массирует липкие следы моего возбуждения между пальцами.
— Удушение и грубое обращение. Есть.
Я смотрю в другую сторону и жалею, что не могу забиться в какую-нибудь дыру и никогда не выползать оттуда до конца своей жизни.
— Возможно, мы также можем добавить извращение, связанное с предъявлением ультиматума, — его лицо оказывается так близко к моему, что я могу вдыхать только его опьяняющий аромат и мятное дыхание.
Я собиралась зарычать на него, но он проводит моим собственным возбуждением вниз по носу, по изгибу щеки, затем прижимает средний и безымянный пальцы к подушечке моих губ.
Мои губы приоткрываются, и он скользит пальцами внутрь, заставляя меня проглотить собственное возбуждение.
— К счастью для тебя, я очень хорошо подготовлен к роли твоего злодея. Я вытащу твои извращения одно за другим, черт возьми.
Внезапно он разжимает пальцы и с непринужденной легкостью отступает назад.
От потери его прикосновения мне почему-то становится холодно.
— Теперь, чтобы узнать другие извращения, — голос Лэндона понижается с леденящей душу ноткой. — Беги.
Вызов в его глазах пробирает меня до костей, и я вздрагиваю совсем не от холода.
Не знаю, что на меня нашло, и почему я вообще принимаю его безумие.
Может быть, это мое собственное безумие.
Медленно, на неустойчивых ногах, в одних трусиках и ботинках, я встаю и делаю прямо противоположное логике.
Бегу.
Глава 16
Лэндон
Мои мышцы напрягаются и пульсируют от предвкушения охоты.
Кровь приливает к моим конечностям и заставляет мой член напрягаться с особым вниманием.
Перспектива погони заставляет меня чуть не кончить в штаны, как подростка.
Проблема в том, что у меня никогда раньше не было такого чувства.
Да, я увлекаюсь охотой точно так же, как и предаюсь тысяче других увлечений в качестве сексуальной отдушины. Однако раньше это никогда не было так волнующе и… захватывающе.