Мое дыхание сбивается на короткие интервалы, но прежде, чем я успеваю что-то сказать, Лэндон опускает голову и прикусывает мою нижнюю губу.
Затем он одним движением опускается вниз и с неистовой страстью впивается в мой рот. Он не просто целует меня, он пирует на мне. Его язык вьется вокруг моего, обшаривая, пробуя на вкус и покусывая.
Лэндона всегда больше интересовал секс, но он редко целовал меня. Однако этот поцелуй – больше, чем просто поцелуй.
Это прошептанное обещание.
Непререкаемое требование.
Новое начало.
Потому что я знаю, я просто знаю, что после этого мы с Лэндоном никогда не будем прежними.
Глава 28
Лэндон
Вся эта чехарда с практикой сопереживания оказалась более утомительной, чем моя сексуальная неудовлетворенность.
И это еще мягко сказано, учитывая, что мой член был в буквальном смысле слова мудаком10 с тех пор, как мы были закрыты для деловых предложений.
Забудьте о попытках потрахаться с другими женщинами. Я не могу даже смотреть на них, не представляя себе мягкое лицо Мии, пухлые губы и яркие глаза, которые смотрят на меня, как моя собственная Богиня секса.
"Когда-то, до ее появления, я ходил в секс-клубы, чтобы найти женщин, которые увлекаются теми нечистыми извращениями, что и я. Но после знакомства со сладкой киской и яростной борьбой Мии одна только мысль о том, чтобы прикоснуться к кому-то еще, вызывает у меня неприятный привкус в горле.
Так что теперь я не более чем напряженная сущность, наполненная раздражением и насилием. Существование, которое невозможно ни измерить, ни сдержать, и которое с каждой секундой становится все больше и больше.
Мой зверь царапает и раздирает стены моего рассудка, требуя выхода. Чем безумнее, тем лучше.
Я бы не хотел ничего, кроме как дать ему почувствовать вкус эйфорической анархии. Но минус в том, что тогда Мия больше не будет уделять мне время. Я стану психом и могу пойти на радикальные меры, чтобы заполучить ее.
И хотите верьте, хотите нет, но это, по словам Брэна, который стремится к святости, разрушит все и заставит меня потерять ее навсегда.
Не будет никаких поздних ночных свиданий на крыше, как несколько дней назад. Она не станет встречаться со мной за шахматами или для скучной прогулки по пляжу, как какая-нибудь викторианская пара.
Она не будет открываться мне и пытаться понять меня. Не будет больше ни волшебного смеха, ни застенчивых улыбок, ни колких взглядов, которые только и могут, что вывести мой член из состояния спячки.