Особенно, когда я пьяна — что бывает не так уж часто, но все же. Никто не хочет, чтобы я ехала на такой штуковине по тротуару после выпитого алкоголя, кроме, может быть, моих подруг, чтобы они могли посмеяться.
Если говорить о подругах, то одна из них уже на работе, когда я вхожу в заднюю дверь «Роско и Мими», захудалой забегаловки, которая не менялась с конца шестидесятых, хотя владельцы менялись, по крайней мере, дюжину раз — один раз даже за то время, что я здесь работаю.
Мы открыты допоздна и обслуживаем типичную обеденную публику, милые поздние завтраки и пьяных студентов колледжа, которые возвращаются домой из клубов и баров после закрытия.
Мне повезло.
И повезло, что я работаю с одной из моих лучших подруг, Винни.
Она уже в фартуке, когда я снимаю свой с крючка, ест картошку фри — наш предсменный ритуал.
Беру одну, прежде чем повязать белый фартук вокруг талии.
— Черт, как горячо.
— Пфф, — усмехается Винни. — Это потому что я в комнате.
Она постоянно рассказывает эту шутку, но я все равно смеюсь. Ее предсказуемость в большинстве дней кажется мне милой.
— Диего отменил наше завтрашнее свидание.
Приподняв брови, подруга макает жареную картошку в майонез, затем в кетчуп.
— Неужели? Почему?
Я пожимаю плечами.
— Он не сказал.
— Не сказал? — Ее губы кривятся в недовольную гримасу. — Это бесит.
— Ничего страшного. Он просто не может.
Винни жует.
— Да, но ты с нетерпением ждала этого.
Да, ждала.
— А если серьезно, Вин… я зря трачу свое время с этим парнем?
— Почему мы снова ведем этот разговор? — Винни отправляет в рот еще одну жареную картошку, не обращая внимания на мое разочарование.
— Потому что… я все жду, что что-то произойдет, но ничего не происходит. А теперь он отменяет встречу со мной.
Подруга встает, вытирая руки о фартук на талии.
— И я продолжаю спрашивать тебя, почему ты ждешь, пока что-то произойдет, когда можешь сделать это сама? Сейчас не прошлый век. Мы не наши бабушки. Хочешь трахнуть чувака — трахни его.
Ей легко говорить.
Винни общительная и шумная. Она привлекает внимание везде, куда бы мы ни пошли, не прилагая к этому никаких усилий. А когда все-таки прикладывает усилия, это внимание возрастает в десятки раз.