Пандора почувствовала, как что-то вцепилось ей в грудь, словно когти, вонзавшиеся в сердце.
– Там никто не живёт? – спросила она. – Дом предназначается только для свиданий?
Габриэль бросил на неё насмешливый взгляд.
– Я посчитал, что этот вариант предпочтительнее, чем обжиматься по углам на поздних светских вечерах.
– Да, но покупать целый дом... – Пандора знала, что она с чрезмерным пристрастием кинулась обсуждать эту тему. Но идея того, что он приобрёл тайное, особое место для себя и своей любовницы, причиняла боль.
– Какая эта миссис Блэк? – спросила Пандора.
– Жизнерадостная. Уверенная в себе. Искушённая.
– Предполагаю, что ещё и красивая.
– Очень.
Невидимые когти вонзились глубже. Какое же это неприятное чувство. Сродни... ревности? Нет. Да. Это была ревность. О, какой ужас.
– Если идея отношений с замужней женщиной так тебе претит, почему ты не подыскал другую кандидатуру, – спросила она, пытаясь не казаться язвительной.
– Нельзя подать объявление в газете на пост любовницы, – сухо ответил Габриэль. – И не всегда взаимное притяжение возникает между подходящими людьми. Меня очень беспокоило, что Нола замужем, но не остановило от попыток её добиться, как только я понял... – он замолк и потёр шею сзади, угрюмо стиснув губы.
– Что понял? – с ужасом спросила Пандора. – Что любишь её?
– Нет. Она мне нравится, но не более того, – Габриэль покрылся краской смущения и с усилием продолжил: – Я понял, что мы с ней хорошо подходим друг другу в постели.
Пандора была сбита с толку.
– Почему женщинам так трудно тебе угодить? – задала она вопрос. – Что именно ты просишь их делать?
Дерзкий вопрос, казалось, вывел Габриэля из его мрачного настроения.
– Я всего лишь прошу, чтобы женщина была доступна, согласна... и раскована, – обратив внимание на пуговицы ночной рубашки Пандоры, он начал застёгивать их с излишней сосредоточенностью. – К сожалению, большинство женщин учат не наслаждаться половым актом, если он не связан с продолжением рода.
– Но ты считаешь, что они должны.