Им понадобилось время, чтобы осознать значение сказанного, после чего Мэтт подтолкнул Нейла к продолжению, протянув многозначительное: «Эм?».
— У семьи Нейла есть определённая репутация, — неожиданно вмешался Кевин, встав на защиту Нейла. Джостен посмотрел на него с немой просьбой заткнуться, пытаясь при этом сохранить максимально нейтральное выражение лица. Кевин даже не взглянул на него, но добавил: — И теперь Рико пытается использовать её против Нейла.
— Это может стать проблемой? — уточнила Дэн.
— Нет, — отрезал Нейл.
Элисон вскинула бровь и махнула рукой куда-то через плечо, видимо, подразумевая плачевное состояние раздевалки:
— Ты в этом уверен?
— Да, — кивнул Нейл, но никто не выглядел убеждённым. Нейл аккуратно взвесил каждое слово, маневрируя между правдой и ложью и пытаясь подобрать тот вариант, который бы устроил всех хотя бы на время. — Рико знает, кто я, потому что наши семьи вращаются в одних кругах. Но он Морияма только по имени. Он ничего не может сделать, кроме как терроризировать меня подобным образом.
— Чёрт, Нейл, — протянул Мэтт. — Твои родители, должно быть, большие шишки, раз уж даже Рико приходится соблюдать правила. Получается, Аарон был прав? Это то, как ты на самом деле выглядишь?
— Да, — признал Нейл.
— Но зачем врать про возраст? Не понимаю.
— Я не хотел, чтобы кто-нибудь проследил связь между мной и моей семьёй, — пояснил Нейл. — Чем сложнее людям сопоставить факты, тем лучше. Прикинуться в Милпорте восемнадцатилетним означало, что учителям и тренеру не придётся связываться с родителями по любым формальным поводам.
— Как будто у нас есть право кого-то осуждать? — фыркнула Дэн, и Нейл виновато пожал плечами. Казалось, она хотела спросить что-то ещё, но в конце концов переборола своё любопытство и ничего не сказала. Вайлдс посмотрела на Нейла, затем перевела взгляд на Мэтта и Рене.
Ваймак кивнул.
— Ни у кого нет возражений против камер? Нет? Тогда закажу на выходных. Их месторасположения и предстоящую игру обсудим в понедельник. А пока определитесь, что вы должны сделать, чтобы уладить свои личные разногласия, — он многозначительно посмотрел на Аарона. — И больше не смейте выяснять отношения на моём поле.