Но Рене говорила, что Эндрю никогда ни о чём не жалеет, а Нейл просто не проживёт достаточно долго, чтобы это обрело для него хоть какой-то смысл. Но, прежде чем Нейл успел сделать выбор, Эндрю выдернул рукав из его пальцев.
— Отпусти, — потребовал он. — Я не буду с тобой сейчас этого делать.
Практически оттолкнув от себя руку Нейла, Эндрю отстранился в сторону, в ту же секунду покинув его личное пространство. Он поднял недавно затушенную сигарету, а затем, решив, что её уже не спасти, достал из кармана пачку.
Эндрю успел сделать всего одну затяжку, после чего затушил сигарету по соседству с первой. Через пару секунд он прикурил ещё одну, но Нейл, протянув руку, аккуратно забрал её.
Нейлу стоило бы отступить и не продавливать дальше тему, но ему нужно было понять.
— Почему нет?
— Потому что ты слишком тупой, чтобы отказать мне, — отозвался Эндрю.
— А ты не хочешь, чтобы я согласился?
— Это не согласие. Это не да. Это просто нервный срыв.
Нейл открыл было рот, закрыл его, затем попробовал снова.
— В следующий раз, когда тебя назовут бездушным, я буду вынужден полезть в драку.
— Девяносто два процента, — констатировал Эндрю, — приближается к девяносто трём.
Это было не смешно – ничего из этого, на самом деле, не было смешным, – но ответ Эндрю казался таким вредным и настолько в духе самого Миниярда, что Нейл просто не смог не улыбнуться. Он заставил себя убрать улыбку с лица прежде, чем её заметит Эндрю, и тоже перевёл взгляд на кампус."
"Впервые за этот день, возможно даже впервые за эту тернистую, неспокойную неделю, он смог спокойно вдохнуть – сдавливающее чувство в груди отступило.