И когда это напряжение ушло, Нейл наконец почувствовал, насколько уставшим и по-настоящему измотанным он был. Прошлая ночь была бессонной, ему удалось только немного подремать в машине. Если лечь спать сейчас, то все выходные пойдут коту под хвост, но Нейлу было плевать. Подхватив ключ Эндрю, он поднялся на ноги.
— Эй, — окликнул Нейл, но Эндрю не обернулся. — Спасибо тебе.
— Проваливай, пока я не столкнул тебя с крыши.
— Попробуй. И я утяну тебя с собой, — напомнил Нейл, оставляя Эндрю наедине со своими мыслями.
Каким-то чудом комната оказалась пуста. Нейл закрыл дверь и переоделся в пижаму. Он установил будильник на вечер, но отключил его, когда спустя час так и не смог заснуть из-за мелькающих в голове мыслей. Нейл вытащил руку из-под одеяла и разжал ладонь, чтобы ещё раз взглянуть на свою новую собственность. Зубчики ключа оставили неглубокие вмятины на коже большого пальца. Нейл прикрепил ключ к связке от старой машины Эндрю и качнул их в руке, невидящим взглядом проследив колебание.
После того как мать выбила из него желание всякой близости, Нейл перестал фантазировать на этот счёт. У него по-прежнему были естественные потребности, но он справлялся с ними безо всякого интереса, воспринимая их как голод или жажду. Возможно, отказ от собственных желаний был ничем иным, как способом справиться с жизненной ситуацией. Он не мог себе этого позволить, поэтому не было никакого смысла мучиться и страдать от отсутствия этого.
Дружба с Лисами была неблагоразумной, но неизбежной. Поцелуй с одним из них казался просто немыслимым и шёл вразрез со всеми заложенными принципами. Нейл не планировал пересекать эту линию или просить Эндрю пересечь её. Скорее всего, ему и вовсе не стоило об этом беспокоиться, учитывая довольно сильную неприязнь Эндрю в его адрес и серьёзные загоны по поводу личных границ.