В ее голосе полное равнодушие.
Неудивительно. Сколько таких пациентов к ним привозят и сколько таких родственников приходят, чтобы просто узнать – жив ли твой любимый человек или нет.
– Кирилл Федорович Павловский, пятьдесят лет, ДТП на трассе за городом. Должны были привезти к вам, – откашливаюсь и говорю уже четче.
Алла что-то смотрит в своем компьютере, хмурится, еще раз перепроверяет и выдает:
– У нас такого нет. А он точно выжил? Если ДТП, могли сразу в морг увезти.
– Проверьте еще раз, – отвечаю не своим голосом, – Мне в полицейском участке сказали, что…
– Ой, – перебивает меня медсестра, – В полицейском участке вам могли что угодно сказать.
Ее «нету» режет слух, но еще больше выводит из себя это непобедимое равнодушие.
А, может, так и надо в медицине, иначе можно сойти с ума от постоянных переживаний.
– Проверьте, – не сдаюсь, – Я не уйду…"
"– Женщина, долго будете очередь задерживать? – вмешивается вторая медсестра, – Вам один раз уже сказали.
– Тогда позвоните в реанимацию, в хирургию, – начинаю рычать на них, – Куда там у вас везут пострадавших при ДТП. Их привезли сюда! Я точно знаю!
– Женщина!
– Мама! – среди всего этого «ора» раздается один единственный, самый важный для меня голос.
Отворачиваюсь от медсестер, кручу головой и, наконец, ловлю взглядом…
– Ульяна! – кричу на весь первый этаж, заставляя людей оборачиваться в мою сторону.
Пусть смотрят, пусть ворчат – я никого не вижу.
– Мамочка, – в ответ плачет Ульяна, а я начинаю то гладить ее по спине, то целовать в макушку и в щеки как умалишенная.
Живая, целая, стоит рядом со мной.
Узел внутри постепенно расслабляется, и мне уже легче дышать. Прижимаю к себе Ульяну покрепче и утягиваю нас к свободным скамейкам. Туда, где не так много людей и можно поговорить.
– Я чуть не умерла, Уль, – слезы никак не стихают, – Как мне в полицейском участке сказали, что ты с папой попала в аварию…
– С папой? – удивляется она, – Но я в это время была на какой-то заброшенной даче Димы.
– Нет? – теперь моя очередь удивляться, – Но полицейский мне сказал, что в машине с папой была молодая девушка…, – осекаюсь.
Ну, конечно.
– Это Мила, – заканчивает за меня Ульяна, – В машине с папой разбилась Мила.
– Мила…
Впервые во мне нет злости на эту девушку.