— Мне все еще трудно долго держать Grand Plie, и иногда у меня сводит ногу, если я долго стою на носках, но я совершенствуюсь с каждым днем. — Она показала мне, какие движения она имеет в виду, полностью в своей стихии, подняла одну ногу, приподнявшись на цыпочки, и я на мгновение отвлекся на то, как ее стринги зажаты между ягодицами. Опустив ногу на пол, она наблюдала за мной в зеркало. Я подкрался к ней, как голодный лев. Под купальником у нее запульсировали соски. На ней не было ни колготок, ни лифчика.
Очевидно, я получу еще один подарок.
Я подошел к ней сзади и коснулся ее стройной талии, возвышающейся в зеркале.
— Подними ногу.
Изящным движением она подняла ногу и положила лодыжку на перекладину. Эта позиция позволила мне увидеть, как промежность ее купальника зажата между ее киской. Мой рот засочился. Я опустился на колени, сдвинул стринги купальника в сторону и лизнул ее сзади, обожая доступ, который давало мне это балетное движение.
Я не дал ее ноге шанса сдаться от напряжения, довел ее до оргазма на большой скорости, слишком желая трахнуть ее перед зеркалами.
Она кончила мне в рот, ее маленький клитор пульсировал на моих губах, ее соки капали на мой язык.
Ее пальцы, обхватившие прутья, побелели, глаза закрылись, когда она грелась в наслаждении.
Я поцеловал набухшие губы киски Греты, прежде чем отступить назад и встать на ноги.
Расстегнул молнию на брюках и освободил свой член. Грета все еще закрывала глаза, ее грудь вздымалась, а соски были твердыми.
Она опустилась на подошву, одна нога все еще висела на перекладине.
— Встань обратно на цыпочки, — жестко сказал я, и она сделала это без колебаний, но когда она двинулась, чтобы опустить ногу, я коснулся ее икры. — Эта остается наверху.
Она прикусила нижнюю губу, когда я подвел кончик к ее отверстию, расширив позицию, чтобы я мог дотянуться до нее, погладил кончиком по ее скользкому отверстию, прежде чем ввести себя.
Я проталкивался глубже, стонал, когда мой кончик сжимали и поглаживали внутренние стенки Греты.