— Когда ты вернешься в Лас-Вегас?
— Через два дня. Так как это моя первая поездка в Нью-Йорк, я хотела провести здесь немного времени, чтобы познакомиться с городом.
Уже через два дня. Слишком, блядь, рано.
— Фабиано приглашен на ужин в дом твоих родителей завтра вечером. Он сказал, что я тоже могу пойти. Думаю, он беспокоится, что Невио доставит мне неприятности. Но ему придется держаться подальше.
Мама, должно быть, потратила несколько дней, чтобы убедить папу в необходимости этого ужина.
— Ты будешь там? — спросила Грета.
— Если ты придешь, я тоже буду.
— Тогда я попрошу Фабиано взять меня с собой, — мысль о том, что Невио будет бродить по улицам, по моим гребаным улицам, и никто не будет его контролировать, не нравилась мне, но если это даст мне шанс снова увидеть Грету…
Но семейный ужин не давал нам много времени побыть наедине.
— Ты можешь как-нибудь улизнуть, чтобы встретиться со мной сегодня вечером?
Грета озабоченно поджала нижнюю губу.
— У нас президентский люкс, но с отдельными комнатами.
— Я знаю. У вас целый этаж в Mandarin Oriental.
— Фабиано позаботился о том, чтобы персонал отеля запер лестницу на наш этаж, а чтобы выйти из лифта на нашем этаже, нужна карточка-ключ. Никому не разрешается подниматься или спускаться без уведомления Фабиано.
Я ухмыльнулся.
— Уверен, что Фабиано отдал персоналу такие распоряжения. Но Нью-Йорк — это мой город, а не его, и мое слово гораздо важнее. Если ты сможешь выйти из номера и убедиться, что ни Фабиано, ни твой брат ничего не заметили, тогда я смогу провести тебя через в вестибюль и вывести из отеля.
Грета задумалась на некоторое время, и я был уверен, что она откажется. Наконец, маленькая решительная улыбка заиграла в уголках ее губ.
— Я найду способ.
— Хорошо, — пробормотал я, наклоняясь для очередного поцелуя. — Встретимся в полночь на лестничной клетке, хорошо?
— Что мы будем делать? Мы не можем пойти куда-нибудь, а я не взяла ничего модного."
"— Я что-нибудь придумаю, не волнуйся, — и тут мне в голову пришла мысль. — Ты можешь надеть свою балетную одежду? Я буду рад, если ты подаришь мне приватный танец.
Улыбка Греты расширилась, и она кивнула.
Раздались тяжелые шаги.