Они уже давно перестали носить лыжные маски, кроме как на камеру.
Он делает шаг в комнату.
- Нет, нет, - говорю я, отходя назад. - Держись подальше от меня. Не подходи ближе. Пожалуйста, не подходи ближе!
Когда я смотрю на него, прямо перед моими глазами его лицо преображается. Оно расплывается, нос сливается с губами и глазами. А потом, когда я делаю следующий вдох. Джереми снова стоит там. Мой страх исчезает. Страх? Какой страх? Почему я должна бояться человека, которого люблю? Он протягивает руку.
- Пойдем со мной.
Я улыбаюсь. Это лучезарная улыбка, исходящая из самых глубин моей души. Я чувствую себя такой счастливой, видя его. Джереми. Мой Джереми. Мой любимый. Мое все. Мой человек. Я встаю и мельком вижу красный цвет. Я смотрю вниз. Я в шелке. В том роскошном, чудесном платье, которое я надевала в свой первый выход с Джереми на Карибах. Я чувствую себя прекрасно. Я подхожу к нему и беру его за руку.
Наша кожа соприкасается. Подождите. Что-то не так. Я отшатываюсь. Это не руки Джереми.
Я в ужасе смотрю на пальцы. На них растут волосы. Густые, черные, пушистые волосы, похожие на усы или пушистую гусеницу. Я пытаюсь отдернуть руку, но Джереми крепко держит ее.
- Нет, - шепчу я. - Нет, нет, нет.
- О да, - говорит он.
Он грубо улыбается. Его зубы. Я задыхаюсь. Они желтые. Почему они такие желтые? Я продолжаю дергать свою руку, пытаясь вырвать ее. Что-то щекочет мою кожу. Я смотрю вниз. Самый ужасный крик вырывается из моего горла.
"Ужасные гусеницы выросли. Они стали в два раза больше. В последнем отчаянном рывке я высвобождаюсь. Я отшатываюсь. Мои ноги ударяются обо что-то. Я теряю равновесие и падаю... Я обнаруживаю, что плаваю на поверхности теплого водоема. Я оглядываюсь и смеюсь от восторга, когда вижу, где нахожусь: озеро частного острова Джереми. Вокруг меня цветут лилии. Их лепестки плавают рядом со мной в воде.
Я чувствую легкость, счастье и беззаботность. Ничто не в силах помешать мне на этом острове.
Он достигает вершины.