И насколько это было глупо? Как глупо было позволить чему-то подобному заставить меня лгать? Создать и продать им этот нелепый образ себя, который, как я думала, сделает меня полноценной и счастливой в их глазах?
Теперь, стоя перед катализатором всего этого беспорядка, я поняла, что это было чертовски глупо.
— Я надеюсь, что ты это серьезно, Лина. В любом случае, все это лучше оставить в прошлом, — Даниель на мгновение уставился в землю, а затем кивнул головой. — Теперь ты счастлива? Своей жизнью? С ним? — он наклонил голову.
У меня пересохло в горле, глаза расширились, когда я попыталась осмыслить его слова.
— Конечно, я счастлива, — сказала я, но это прозвучало как-то, затаив дыхание. Чистый шок закружился в моем теле, смешиваясь с глупым страхом из-за того, что меня уличили во лжи. — Я счастлива, Даниель, — повторила я, и эти две эмоции превратились во что-то другое. Что-то, что на вкус было намного более горьким.
— Ты уверена в этом? — спросил он спокойно, уверенно и покровительственно, что заставило меня откинуть голову назад.
Мои губы приоткрылись, когда я с трудом поверила словам, слетевшим с губ моего бывшего.
— Но ты действительно счастлива, Лина? Я знаю тебя, и это не та беззаботная Лина, какой ты есть. Ты была на взводе за то короткое время, что пробыла здесь, и, честно говоря, я не могу не беспокоиться.
Беспокоиться? Я моргнула. Затем я сделала это снова. И снова, и снова.
Была ли я на грани? Я могла бы в это поверить. Я, конечно, не раз испытывала такое чувство. И … было ли то, что он думал, правдой или нет, не имело значения.
Не обращая внимания на мое растущее возмущение, Даниель продолжал: — Это может из-за возвращения домой. Это, должно быть, большое давление для тебя. Или, может быть, дело в том, что Изабель выходит замуж, а ты нет.
Дыхание застряло у меня в горле.
— Или, может быть из-за него. Я не знаю, но...
— Прекрати, — прошипела я. Что-то загорелось во мне. Как костер.