Достав из кармана что-то черное, он оборачивает это вокруг моего бедра, не покрытого свежими чернилами, и вставляет в него мой клинок, который он мне подарил.
— Вот так.
Он целует мое бедро и одергивает мое платье, прежде чем снова взять меня за руку.
Мы встречаемся с Гарреттом в коридоре. Он занят своим телефоном, но я не могу удержаться от того, чтобы не задержать дыхание при виде его. Эти мужчины слишком опасно красивы. Волосы Гарретта зачесаны назад, и он хмурится, что только усиливает его привлекательность.
Когда Гарретт понимает, что я здесь, он кладет телефон в карман и начинает улыбаться, но потом его взгляд падает на платье, и вместо этого он стонет.
— Мне придется ударить некоторых людей.
— Разве это не здорово? — Дизель смеется, кружит меня по полу, пока я не утыкаюсь в грудь Гарретта, который ловит меня и прижимает к себе. Его большие руки переходят к моей заднице и притягивают меня ближе, пока он массирует мои булки, его голова наклоняется, чтобы прошептать мне в губы.
— Я убью любого, кто посмотрит на тебя косо. Будь рядом с нами, но не бойся, детка. Может, это и Логово Гадюк, но снаружи? Это чертово осиное гнездо."
"Гарретт целует меня, прежде чем открыть дверь и выйти первым. Дизель берет меня за руку, но его вторая рука лежит на ноже у него на боку.
— Гарретт должен держать руки свободными, чтобы был доступ к оружию, — объясняет он, и я киваю.
Спустившись в гараж, мы берем одну из больших, но все еще спортивных «ауди». Гарретт не разрешает Дизелю вести машину, и когда я спрашиваю об этом, он качает головой.
— Поверь мне.
Дизель фыркает, но садится на заднее сиденье, а я забираюсь на пассажирское.
— Я бы не стал убивать нас, пока с нами Маленькая Птичка.
— Естественно, — ехидничает Гарретт, заводя машину и подъезжая к барьерам, которые начинают подниматься. — Пристегнись, детка.
Я делаю, что мне велят, и пока мы мчимся в город, я смотрю на здания и людей, мчащихся мимо.