Я делаю это почти каждое утро: жду прибытия королевы, того дня, когда она действительно признает меня.
В настоящее время я работаю с нулевым процентом подтверждения.
""Я не пялюсь,"" - наконец говорю я Эз ровным голосом. Безразлично.
Внешне я веду себя так, как будто мне насрать на всех и на все. Так будет проще. Поверьте мне, я прекрасно понимаю, что я полное клише, но это работает. Проявлять заботу - значит признать свою уязвимость, а я наименее уязвимый ублюдок во всей этой школе.
Дерьмо соскальзывает с моей спины.
По крайней мере, они признаются на постоянной основе. Иногда мне кажется, что мой отец напрочь забывает о моем существовании.
“Ты снова ее ищешь”.
Я поворачиваю голову в сторону Эзры, мой взгляд жесткий и холодный, хотя он игнорирует меня, его единственное признание, которое он осознает, - это ухмылка, изогнувшая его губы.
Этот ублюдок на самом деле смеется надо мной. “К черту все это ожидание. Как давно это было? Тебе следует поговорить с ней.”
Я меняю позу, прислоняясь к холодной колонне, все мое тело расслаблено. Это повседневная рутина. Хотя глубоко внутри я весь сжался, мой взгляд снова устремлен на нее. Еще раз. И так всегда.
Рен Бомонт.
Она неторопливо идет по дорожке ко входу в школу.
Мой взгляд падает на ее левую руку, где тонкое золотое кольцо плотно облегает безымянный палец, а на нем покоится единственный крошечный бриллиант.
Кольцо-обещание, которое она получила на одной из тех долбанутых церемоний, где множество будущих дебютанток подросткового возраста выставляются на параде в море пастельных платьев, вырезанных скромными линиями. Не видно ни дюйма скандальной кожи."
"Их кавалеры - это их папы, важные люди в обществе, которым нравится владеть вещами, в том числе женщинами. Такими, как их дочери.