Эту мысль внезапно подхватили и другие главы кланов. «Точно! На этом пути заклинательства никто не поднимался выше Старейшины И Лин!»
«Теперь будущее для Цзинь Гуан Яо выглядит совсем не радужным, ха-ха-ха!»
Вэй У Сянь лишился дара речи. Последний раз его хвалили во время Аннигиляции Солнца, больше десяти лет назад. И хотя кто-то в конце концов отобрал у него звание главного врага всего мира заклинателей, Вэй У Сянь этому совсем не обрадовался. Да и то, что все его наконец признали, тепла в душе не вызывало.
Лишь в мыслях он заподозрил: «Ведь тогда все происходило точно так, как сегодня, да? Собралась кучка людей, начала тайное обсуждение, все прокляла и решила отправиться походом на гору Луань Цзан?»
К завершению обсуждения в торжественном зале ордена Юнь Мэн Цзян уже были накрыты столы. Однако когда пир начался, двоих не досчитались.
Кто-то из глав кланов задумчиво спросил: «А где Вэй… Старейшина И Лин и Хань Гуан Цзюнь?»
Сидевший на почетном месте Цзян Чэн спросил приглашенного заклинателя рядом с собой: «Где они?»
Тот ответил: «Двое господ отправились сменить одеяния сразу после выхода из внутреннего зала.
Цзян Чэн холодно усмехнулся. «Все как всегда, никаких манер».
Это, похоже, касалось и Лань Ван Цзи. На лице Лань Ци Жэня читалось явное неудовольствие. Если у Лань Ван Цзи не было манер, то манер в этом мире вообще нигде не существовало.
Цзян Чэн, в свою очередь, придал лицу учтивое выражение и вежливо объявил: «Господа, начинайте трапезу. Я вскоре приведу этих двоих обратно».
***
За пределами Пристани Лотоса недалеко от причала Лань Ван Цзи следовал за Вэй У Сянем. Он даже не спрашивал, куда они идут, просто прогуливался.
На причале все еще стояли лоточники с едой. Вэй У Сянь подошел ближе, пригляделся и улыбнулся. «Хорошо, что мы не стали есть с остальными.
Торговец с широкой улыбкой завернул две лепешки в промасленную бумагу. Только Вэй У Сянь собирался их забрать, как вдруг вспомнил, что денег у него при себе не было. И как он собирался угощать? Однако Лань Ван Цзи уже забрал лепешки вместо него, другой рукой отдавая плату торговцу.
Вэй У Сянь вздохнул: «Ох, мои извинения.