Его мать, Цан Сэ Саньжэнь, никогда не рассказывала маленькому ребенку никаких сказок ни о каком Учителе! То место было всего лишь обыкновенной безлюдной горой в И Лин!»
Цзян Чэн, срывая голос до хрипоты, повторял одни и те же фразы, словно злоба, охватившая его разум, могла восполнить внезапную нехватку словарного запаса: «Что за вздор ты несешь! Все, мать вашу, с меня хватит! Тогда почему мое Золотое Ядро было восстановлено?!»
Вэнь Нин ответил: «Ваше Золотое Ядро не было восстановлено, его уничтожил Вэнь Чжу Лю! Человеком, благодаря которому вы считаете его восстановленным, была моя сестра — первый лекарь Ордена Ци Шань Вэнь.
Лицо Цзян Чэна на миг опустело. «Пересадила мне?»
Вэнь Нин: «Именно! Как вы думаете, почему после этого он больше никогда не использовал Суй Бянь? Почему все время появлялся на публике без меча? Вы действительно считали, что это лишь распущенность в силу юности? Неужели ему действительно нравилось, как другие явно и скрыто указывают на него пальцем, за спиной поливают грязью и обвиняют в отсутствии воспитания? Все потому, что даже если бы меч был при нем, он был бы лишь бесполезным грузом! Все потому… если бы он взял с собой меч на какое-либо торжество или ночную охоту, кто-нибудь неизбежно под любым предлогом вынудил бы его сразиться на мечах, показать свое искусство фехтования.
Цзян Чэн остолбенел.
Вэнь Нин отразил удар, отступил на пару шагов, поднял с пола Суй Бянь, вложил в ножны и вновь протянул руку с мечом, толкнув Цзян Чэна. «Возьмите!»
Цзян Чэн невольно принял меч, но не пошевелился, лишь в полнейшем смятении посмотрел в сторону Вэй У Сяня.
Вэнь Нин добавил: «Возьмите этот меч, отправляйтесь в торжественный зал, на тренировочное поле, куда угодно, и попросите каждого, кого встретите, вынуть меч из ножен.