– Просунув руки мне под мышки, он вытаскивает меня из машины, а потом начинает бежать со мной. – Я держу тебя, куколка. С тобой все будет хорошо.
Из-за его плеча я вижу пейзаж, который выглядит как зона военных действий.
— Киллиан, – шепчу я с ужасом и разбитым сердцем. Слезы заливают мои глаза, затуманивая зрение.
— Уинтер! – Я слышу, как папа кричит.
— В нее стреляли, – кричит Киллиан. – Принесите мне аптечку первой помощи.
Только тогда я осознаю, что моя рубашка пропитана кровью.
Мои глаза начинают тяжелеть, когда мое тело вздрагивает с каждым шагом Киллиана.
Мне кажется, что мое сердцебиение замедляется, как будто печаль, охватившая меня, заглушает его. Меня затягивает в кошмар, от которого невозможно проснуться.
У меня до сих пор звенит в ушах, и я чувствую себя мокрой, как будто меня искупали в крови. В крови моей матери. Моей собственной.
Киллиан укладывает меня, а затем начинает работать с моей шеей.
— Я тебя вылечу, куколка.
Слезы согревают мою ледяную кожу, и последнее, что я осознаю перед тем, как потерять сознание, – это как папа издает душераздирающий крик, пока Киллиан пытается остановить кровь, сочащуюся из моей шеи.
_______________________________________________
Прошлое — 14 Лет.
После нападения мы застряли на озерном острове в Финляндии. Частной школы больше нет. Никаких походов по магазинам. Никакого общения с другими детьми моего возраста.
С тех пор как маму убили, есть только остров, охрана и частные репетиторы.
Такое чувство, что я застряла в пузыре, который может лопнуть в любой момент.
Я сижу на берегу, бросаю камешки в воду и смотрю на землю вдалеке. Здесь находится ближайший к нам город. Хотя я там никогда не была.
Испуская жалкий вздох, мои мысли возвращаются к прошлому. Прошел год с тех пор, как убили маму. Я получила пулю в шею, но мне повезло. Пуля не задела ничего жизненно важного.
Я слышу движение позади себя, и, не оглядываясь через плечо, знаю, что это Киллиан. Пару секунд спустя его тень падает на меня, и он ворчит:
— Ты знаешь, что тебе не следует быть здесь. Давай вернемся."
"Еще один тяжелый вздох вырывается у меня, когда я бросаю последний камешек в воду, прежде чем подняться на ноги.
Когда я оборачиваюсь, Киллиан наклоняет голову и поднимает руку к моей шее сбоку. Заботливо его ладонь прикрывает шрам.