Себастьян стоял так, что разворачиваться полностью ему не понадобилось, достаточно было слегка повернуть голову. Но он был безмерно рад, что пришлось отвернуться от Оливии, поскольку едва он увидел, кто к ним приближается…
Ему нравилось считать себя непревзойденным мастером сохранять невозмутимость, но любое мастерство имеет свои границы.
— Ты ее знаешь? — спросила Оливия.
Себастьян покачал головой, не сводя глаз со своей кудрявой богини с восхитительным розовым ротиком.
— Совершенно не знаю, — пробормотал он.
— Она, наверное, новенькая, — слегка пожала плечами Оливия, терпеливо подождала, пока девушки преодолеют разделяющее их расстояние, и улыбнулась: — А-а-а-а! Леди Луиза, какая встреча!
Леди Луиза что-то ответила, но Себастьян ее не слышал. Ему было гораздо интереснее наблюдать за ее спутницей, изо всех сил старающейся не встречаться с ним взглядом.
Он же не сводил глаз с ее лица, просто чтобы усложнить ей задачу.
— Вы встречались с моим дорогим кузеном, мистером Греем? — спросила Оливия леди Луизу.
— Э-э-э, кажется, нас друг другу представляли, — ответила та.
— И зачем я только спрашиваю! — Оливия с хитрой улыбкой обернулась к Себастьяну. — Ты, наверное, представлен всему свету, а, Себастьян?
— Почти, — сухо ответил он.
— Ох, простите меня, — спохватилась леди Луиза. — Позвольте представить вам… э-э-э, — она закашлялась. — Прошу прощения. Извините. Наверное, в горло что-то попало. — Тут она кивнула в сторону своей спутницы. — Леди Оливия, мистер Грей, это мисс Уинслоу.
— Приятно познакомиться, мисс Уинслоу, — сказала Оливия. — Вы недавно в Лондоне?
Мисс Уинслоу присела в вежливом реверансе.
— Да, спасибо, что спросили.
Себастьян улыбнулся, вполголоса произнес ее имя, а потом, зная, что это приведет ее в замешательство, взял ее руку и поцеловал. Вот в такие минуты он был даже доволен своей репутацией. Оливия ничуть не удивится тому, что он флиртует.
Зато мисс Уинслоу приобрела прелестный розовый оттенок. При дневном свете она еще привлекательнее, — решил Себастьян.
Он так же одобрил и ее изумрудно зеленое платье для прогулок. Оно подходило ей гораздо больше, чем пастельное нечто, виденное им прошлой ночью.
И все-таки позволить себе разглядывать ее слишком долго он не стал.