Я успел увидеть растерянное грубое лицо, открывающийся в крике рот – и ударил. Меховая шапка смягчила удар, но то ли я очень постарался, то ли противник оказался слабоват. Охранник молча рухнул в снег.
– Спокойных снов, – прошептал я, поднимая автомат. – Пусть тебе приснится другой мир… теплый, ласковый… и отправляйся туда.
Шагах в десяти я наткнулся на колючую проволоку. Пять ниток, облепленных снегом и оттого напоминающих новогодние гирлянды.
– Работай, симбионт, – велел я. – На том свете рассчитаемся…
Когда мои пальцы покрылись черной блестящей коркой, я коснулся ледяного металла и одну за другой перекусил колючки.
Хорошо хоть, не под напряжением. И никаких датчиков. Все до отвращения примитивно.
Ты веришь, что пришел в нужное место? – спросил куалькуа.
– Да.
Я пробирался среди сугробов, но тут по крайней мере были протоптаны тропинки. Потом я заметил деталь, отличающую это место от санаториев геометров. Чуть поодаль, за колючкой, возвышались заводские корпуса. Характерные очертания, исходящие паром трубы, слабый солнечный свет поблескивает на широких окнах.
Шел я наугад и совершенно не таясь. Наверняка меня видели со сторожевых вышек, но не заподозрили постороннего."
"День. Плохо, что сейчас день. Завод работает. Не хотелось бы обшаривать все цеха. Недолго и нарваться на пулю. Возможности куалькуа не безграничны, а тот запал, что провел меня через Врата, может и иссякнуть. Впрочем, завод, вероятно, работает круглосуточно…
Я вошел в первый же попавшийся барак.
Задрав ствол автомата в потолок, я постоял мгновение. С двухэтажных нар, сколоченных из неструганого, черного от грязи дерева, доносился ровный слитный храп.
Как похоже оружие – во всех мирах.
Я надавил спуск, и огненная полоса ударила в потолок.
– Подъем! – закричал я.
Заключенные горохом посыпались вниз. Я скользнул взглядом по перепуганным лицам – простые, туповатые, таких без меры на матушке Земле.
Почему для нас матушка – Земля, а для геометров – Солнце?
Та грань, которую невозможно передать словами…
– Данилов! – закричал я.